Без взаимности

Даже почти в шесть лет она не потеряла пухлых щечек, да и в целом, все еще была кругленькой, благодаря своему знатному аппетиту. Отказывать ей в еде было себе дороже. Другое дело игрушки.

– Это не сок, Булочка, – примирительно сказал он, осторожно отбирая у нее бутылку, пока не разбила. – Давай мы с тобой сейчас поедем в супермаркет и я тебе куплю мнооого сока, а еще шоколадок и других вкусняшек?

– Даааа! – радостно завизжала она, хватаясь за его руку. – Я еще чипсы хочу, Тееем! Мне мама не покупает.

– Я тебе все, что хочешь куплю, если ты не скажешь об этом маме, – согласился Артем.

***

Ириша застряла у полок с шоколадными батончиками, со всей серьезностью, на которую только был способен ребенок, выбирая между любимыми лакомствами, потому что Артем разрешил ей только две шоколадки. Конечно, она выглядела как очень милая сдобная булочка, которую хотелось затискать, но педиатра начал волновать ее лишний вес, так что мама исключила из ее рациона все вредное, стараясь заменять ее любимые сладости фруктами и чем-то не слишком калорийным, а всякие чипсы и сухарики вовсе исключила.

Винить в этом можно было и Артема, потому что именно он приучил Иришу ко всякой вкусной, но вредной ерунде. Отец всегда придерживался правильного питания, а мама ограничивала себя, чтобы держать тело в тонусе и не набрать лишний вес. Вкусняшки в дом приносил только Артем, и даже после его переезда в собственную квартиру, которую родители подарили на день рождения, они продолжали выполнять требования Булочки и покупать ей все, что она хотела.

– А можно мне еще одну? – глядя на него щенячьими глазами, прошептала Ириша.

Она держала в руках три шоколадки, а не две, как они договаривались. Артем не мог сопротивляться этому взгляду и хотел по привычке согласиться, но вспомнив, что это делается ради ее же блага, покачал головой.

– Нет, Булочка. Положи одну на место.

Она скуксилась, а нижняя губа задрожала от обиды. Только этого не хватало!

– Не смей плакать, Ириша! Я и так согласился купить тебе две шоколадки, – строго сказал он.

Замечательно, блин! Большие голубые глазки его сестры наполнились слезами, которые тут же поползли по щекам. Она послушно положила одну шоколадку на место, обиженно всхлипывая, и Артем готов был зарычать от досады, а потом купить ей десять шоколадок, потому что был чертовой размазней, когда рядом раздался такой знакомый, раздражающий голос Дарины.