Змеиное гнездо. Тень заговора

Будем считать, что погодные условия не позволили напасть на след.

– Мехмет ага, вы ставите под сомнение мою компетентность!

– Ничего, скажу, что вы подхватили простуду и не смогли колдовать. – В голосе командира послышался намек и угроза.

– Кхе, кхе… – весьма натурально закашлялся маг.

– Возвращаемся! Да, ребенка заберите, завезем по пути в деревню. А где же он?

– Только что был здесь. Не нравится мне это, тут недалеко кто-то использовал магию, и я…

– А, оставьте.

Пользуясь шумом и стуком копыт, Хенрик снова выглянул и услышал, как задержавшийся маг пробормотал на его родном языке, с опозданием отвечая на фразу капитана:

– На моей родине в Илеханде такого дуболома давно бы в Башню сдали. Для опытов.

Он резко по-птичьи свистнул и вытянул руку в соколиной перчатке. Из сгустившейся темноты вынырнула большая темная птица, похоже, алет или сумеречный коршун, и, сев на руку мага, заклекотала.

Хенрик дождался, пока последний всадник скроется в темноте, и вскочил на ноги.

– Я умер, я точно умер! Вито, ущипни меня… Он нас заметил… Это еще что такое?

У его ног стояло нечто маленькое и громко шмыгало носом.

Огромный наемник присел на корточки и рассмеялся.

– Да это наш спаситель! Значит, магу не померещилось.

Хенрик присмотрелся и действительно увидел ребенка, одетого в грязную длинную рубашку.

– Ты чей, малыш? – спросил Вито.

Ребенок сунул в рот палец и не ответил.

– Хенрик, возьми его к себе. Здесь холодно, он простудится.

– Я? А…

– Да не бойся, это всего лишь маленький грязный мальчишка. Найдем место для ночлега.

– Как же! Нас теперь ни в один трактир не пустят в таком виде, – проворчал Хенрик, прижимая к себе ребенка.

– С деньгами-то? – хохотнул Вито. – Да мы его выкупим!

Ранним утром Хенрик отчаянно зевал в душном зале какого-то придорожного трактира над кружкой непонятного пойла. Вито сидел рядом и задумчиво скоблил ногтем стол.

В зал влетела трактирщица, которой Вито поручил вымыть и переодеть их неожиданную находку.

– Вот, заберите вашу капризную мелочь. Ей не понравился запах моего мыла и моя каша.