Змеиное гнездо. Безумный маг

Оставалось надеяться, что она не скончается в ближайшее время и Ингрид не придется винить себя в ее смерти.

– Все в порядке, ваше высокопревосходительство? – осведомился лейтенант Мартин.

– В полном, – кивнула Ингрид. – Возвращаемся во дворец. У меня встреча с кавалером Риделем, позаботьтесь, чтобы нас не побеспокоили.

Королевский дворец, столица, Илеханд

– Не много ли у нас Зигфрида Корфа? – рассуждал Рудольф, подставив лицо утреннему солнцу и блаженно жмурясь. – Мы должны выбрать – или он покушался на кронпринцессу Вильгельмину, а потом украл или убил ее, или похитил племянницу и убил барона.

Ингрид тоже хотела любоваться солнышком, но была слишком собрана и напряжена. Она заерзала на неудобной скамейке. И как у Рудольфа получается расслабляться даже в самое неподходящее время?

– Надо рассуждать по порядку, – выдохнула она. – Зигфрид Корф стоял во главе заговора против принцессы. Он устранил ее, явился на собрание с целью заявить права на трон, но ему помешал воскресший брат.

– А после зовет барона ужинать в «Алмазное сердце» и убивает его, – закончил Рудольф и выпрямился. – Причем перед этим заботливо отдает ему записку, где сказано о местонахождении ребенка. Полная бессмыслица.

Ингрид взглянула на него исподлобья.

– Тогда попробуй ты, – недовольно проворчала она.

– Я перебрал тех, кому выгодна смерть Зингера. – Рудольф снова развалился на скамье, закинув руки за голову.

– Они могут стать не такими сомнительными, если она так и останется вдовой, а не женой герцога Морской Длани, – вставила Ингрид.

Рудольф кивнул.

– Это возможно. Особенно, если она не доверяет мужу.

– Я бы ему точно не доверяла. Умчался в одиночку призывать к ответу брата, не разобравшись в ситуации.

– У тебя государственный ум, Ингрид.

Ее настроение определенно улучшилось после такой похвалы. Все-таки Рудольф знает, чем ее можно порадовать, даже не заостряя на этом внимания. Редко какой мужчина бывает мастером комплиментов мимоходом. Она посмотрела на его запрокинутое лицо, четко очерченные тонкие, но чувственные губы, мелкие морщинки вокруг прищуренных глаз, и сердце наполнила нежность. Между тем, объект любования продолжал греться на солнышке и рассуждать.