Время вспоминать

Не для того ли донья Ана услаждала слух гостьи своей биографией, чтобы задержать ее до прихода сына? Ведь последний раз Фернандо не пустил к жене полицию.

– Поэтому не соизволите ли уделить мне еще несколько минут? ? спросил Эспиноса, подтверждая мысли Хоакины. ? Мне нужно задать пару вопросов. Разумеется, неофициально.

– Д-да, ? рассеянно отозвалась Хоакина, бросая взгляд на Педро. ? Может, выйдем в сад?

Ей совершенно не хотелось оставаться в этом доме, на сегодня с нее достаточно ужасов.

– Пожалуй, ? кивнул инспектор.

Хоакина видела, что бедняга Педро совершенно не в восторге от этого предложения, и от души ему посочувствовала. Выходя в любезно открытую инспектором дверь, она видела, как слуга обреченно пошел на кухню, а донья Ана поудобнее расположилась среди подушек, вытянула больные ноги. Интересно, почему нет неприятного запаха? Или слово «гнить заживо» имеет какое-то другое значение? Как в стихах, где часто используются метафоры?

Хоакина с облегчением вдохнула теплый воздух и ароматы садика и постаралась выбросить из головы дом-могилу.

– Надеюсь, мама не сильно вам досаждала, сеньора? ? спросил Рафаэль Эспиноса. ? Она человек нездоровый и любит поговорить.

– Нисколько, инспектор, ? соврала Хоакина, рассматривая яркие цветы в клумбах. ? Я приятно провела время.

Он взглянул на нее с нескрываемой иронией, хмыкнул и ничего не сказал. Наверняка знал, какими историями развлекает его мать редких гостей.

– Итак, сеньора. О смерти сеньора Антонио Санчеса вы, думаю, слышали, ? перешел к делу Рафаэль Эспиноса, и голос его из вкрадчивого стал суховатым. ? А с учетом сказанного вами ранее спрашивать о том, где вы были во время его убийства, бессмысленно.

– Верно. Я лежала в своей комнате в постели. И доктор Варгас может подтвердить, что я не смогла бы выйти из дома.

Инспектор снова хмыкнул, но тут же стал серьезен.

– Хосе Варгас хороший доктор, хотя и чересчур высокомерен. Кичится тем, что учился на материке.

Хоакина еле сдержалась, чтобы не кивнуть и не хмыкнуть в ответ. Она успела насмотреться на манеры доктора Варгаса. Особенно, как он нарочито не мог запомнить имя Соле и постоянно называл ее «эй, ты» или «эй, девушка».

– Я обязан спросить, сеньора де Веласко, о случившимся с вами, ? продолжал Рафаэль Эспиноса. ? Доктор Варгас считает, что это был несчастный случай, и вы упали. Вы помните хоть что-нибудь?

Хоакина неожиданно рассердилась.