Время вспоминать

Последний кардинал с даром умер еще до моего рождения.

Отец Абель невесело усмехнулся и сцепил ладони, лежащие на коленях.

– Так и я здесь последний, ? сказал он. ? Местная молодежь предпочитает вуду религиозному служению. А электричество с цивилизацией хоть и захватывают колонии, но далеко не так резво, как вашу родину. Туземцы, знаете ли, не так падки на науку, как мы.

Он замолчал, судя по всему, о чем-то глубоко задумавшись, и Хоакина терпеливо ждала, когда он продолжит.

– Что вы хотите от доньи Аны?

– Я надеялась на консультацию, ? прямо сказала Хоакина.

На лице отца Абеля снова появилась грустная усмешка.

– Не исключено. Хотя даже мне не известно, что она знает. После заключения Договора я не видел ее на исповеди, а это без малого пять лет.

Хоакине захотелось спросить, что же это за договор такой, однако она сдержалась.

– Люди часто в отчаянии и горе совершают вещи, за которые потом приходится дорого платить.

– Я буду осторожна, отец, ? сказала Хоакина, не поняв, относилась ли последняя фраза священника к ней или к донье Ане. ? Но у меня нет выбора. Это может быть связано с последними убийствами, случившимися в наших краях. И если я возможный свидетель, мне все равно не дадут покоя.

Вот теперь отец Абель все-таки присвистнул.

– Убийства? Вы не о сеньоре Марсело де ла Серда говорите, сеньора?

– И о нем тоже. А недавно убили брата моей подруги, Антонио Санчеса.

Хоакина прямо взглянула в глаза священника и почувствовала, что ей стало легче. Наконец-то она высказала слух то, что на самом деле тревожило ее. Ну, кроме опасений дальнейшей жизни с Фернандо.

– Хорошо, я скажу вам, где живет донья Ана, сеньора, ? со вздохом поднялся с кресла отец Абель. ? Но будьте крайне осторожны. И обратитесь все-таки в полицию.

От подошел к столу, нашел там лист бумаги, долго искал перо и чернильницу, обнаружил их под завалами папок, быстро накарябал что-то и протянул бумагу Хоакине.

– Вы застанете ее дома. Она не выходит.

– Спасибо, отец, ? поблагодарила Хоакина, тоже поднимаясь. ? Простите, что побеспокоила.

Она двинулась к двери, но спохватилась и повернулась.

– Благословите меня?

– Конечно. Вам это пригодится.

Отец Абель вышел из-за стола, подошел к присевшей Хоакине и широко осенил ее крестным знамением.

– Благословляю, дочь моя. Да не коснется тебя зло.