Майское лето

– На завтрак оладушки! – донеслось до Нины перед тем, как она захлопнула дверь.

На улице вокруг нее тут же запрыгал Джин. Не удержавшись, Нина ласково потрепала его по макушке, а он увязался за ней на соседний участок.

Тетя Таня, Данина и Тусина бабушка, сидела в беседке и пила чай, закутавшись в теплую шаль.

– Здравствуйте! – сказала Нина.

– Ниночка! Боже мой! Ты хорошеешь с каждым годом – глаз не оторвать, красавица!

– Спасибо, – Нина уже привыкла к подобным комплиментам, поэтому отвечала больше на автомате, чем искренно.

 – Я тут с Джином, ничего?

– Проходи, проходи. Чай? У меня сливки свежие.

– Я с Джином, ничего? – повторила Нина.

– И для Джина чего-нибудь подыщем. Проходи, проходи.

Нина дошла до беседки и прислонилась ко входу правым боком. Джин, высунув язык, уже крутился около ног тети Тани.

– Я ничего не буду, спасибо за приглашение, меня бабушка на завтрак ждет. Я только к Тусе и Дане, – ответила Нина, а сама обвела взглядом двор, надеясь увидеть совсем не их, – они проснулись?

– Туся, кажется, уже шевелилась, а Даня… этот до обеда проваляется.

Нина кивнула и спохватилась:

– Как ваше здоровье?

– Спасибо, сегодня уже лучше. Сама понимаешь, старость…

Нина сделала вид, что внимательно слушает, а сама все гадала, как узнать, спит он или уже проснулся.

– Может, все-таки чайку, Нин? – еще раз спросила тетя Таня.

Нина замотала головой, а потом наконец придумала:

– Какое утро свежее, просто восторг, да, теть Тань? Я подскочила прямо ужасно рано, такая свежесть… Бодрит! Как Данька может так долго спать, в кого он соня?

– Да много в кого, у нас в семье предостаточно и сов, и сонь, и медведей, которые, если их не будить, вообще могут в спячку впасть на полгода.

Лучше спроси, кто у нас жаворонки. Тут по пальцам пересчитать… – Тетя Таня сделала глоток чая и бросила Джину кусочек сыра. – Я, Туська да Филя.

Нина, уже потерявшая надежду что-то разузнать, сразу засветилась как солнце.

– А Филя разве приехал?

– Вчера приехал.

Вон машина его стоит. Я его год не видела, в институте пропадает, говорит, занят страшно. Вырвался вот перед сессией на пару дней.

– Да что вы? Надо же! Я его тоже давно не видела, может, хоть «привет» ему сказать… он в доме?

Тетя Таня протянула Джину еще один кусочек сыра и только потом покачала головой:

– На речку ушел. Я ему говорю, что холодно больно, да и май – не июль. Вода не прогрелась еще толком. А он мне рукой машет, мол, закаляется.