Великолепная Ориноко; Россказни Жана-Мари Кабидулена

С конца XV – начала XVI века беспощадно истреблялись испанскими и португальскими колонизаторами. Сейчас (данные 1978 года) численность индейцев Америки составляет около 35 млн чел., главным образом в южной половине континента. Жюль Верн на протяжении всего романа приводит названия множества индейских племен, не обозначенных примечаниями к тексту.

33 Миссионер – посланец церкви для религиозной пропаганды среди иноверцев (особенно отсталых стран и регионов) и обращения их в истинную веру. Играли также значительную культурно-просветительскую роль.

Глава II

Сержант Марсьяль и его племянник

Отъезд нашего географического трио, исполнителям которого никак не удавалось настроить свои инструменты, был намечен на двенадцатое августа, в самый разгар сезона дождей.

Накануне отъезда около восьми часов вечера двое путешественников беседовали, сидя в номере гостиницы «Сьюдад-Боливар». Сквозь открытое окно, выходящее на бульвар Аламеда, в комнату проникал легкий, освежающий ветерок. Младший из путешественников встал и сказал своему спутнику по-французски:

– Послушай меня, мой дорогой Марсьяль, прежде чем лечь спать, я тебе напомню, о чем мы договорились перед отъездом.

– Как вам будет угодно, Жан…

– Ну вот, ты уже забыл свою роль!

– Мою роль?

– Да… ты должен говорить мне «ты»…

– Верно! Черт меня побери! Но что вы хотите… Нет! Что ты хочешь? Я еще не привык…

– Не привык, мой бедный сержант!.. Только подумай, что ты говоришь! Вот уже месяц, как мы покинули Францию, и ты все время говорил мне «ты», пока мы плыли от Сен-Назера до Каракаса.

– Это верно! – вздохнул сержант Марсьяль.

– А теперь, когда мы прибыли в Боливар, откуда должно начаться наше путешествие, которое сулит нам столько радости… А может быть, столько разочарований и горя…

Жан произнес эти слова с глубоким волнением. Голос у него прервался, в глазах блеснули слезы. Но, увидев тревогу на суровом лице сержанта Марсьяля, он овладел собой и, ласково улыбнувшись, сказал:

– А теперь, когда мы добрались до Боливара, ты забываешь, что ты мой дядя, а я – твой племянник.

– Надо же быть таким тупицей! – воскликнул сержант, крепко стукнув себя по лбу.

– Ладно, не огорчайся! Выходит, что не ты будешь приглядывать за мной, а я… Послушай, Марсьяль, ведь это же нормально, что дядя говорит «ты» своему племяннику?

– Нормально.

– И разве я не подавал тебе пример с самого начала плавания, обращаясь к тебе на «ты»?

– Да.