Дети капитана Гранта

Порой едва приметной полосой на горизонте обрисовывались низкие берега Патагонии, но отстояли они дальше, чем на десять миль от яхты, и, глядя сквозь знаменитую подзорную трубу, Паганель получал о них лишь смутное представление.

25 сентября «Дункан» был уже у пролива Магеллана и плавно вошел в него. Этим путем обычно плывут торговые суда, направляющиеся в Тихий океан. Длина Магелланова пролива составляет всего лишь триста семьдесят шесть миль. Он настолько глубок, что по нему могут проходить, даже вблизи берегов, суда большого тоннажа, его дно удобно для якорных стоянок.

По берегам много источников пресной воды, множество доступных и безопасных гаваней – словом, преимуществ, которых нет ни в проливе Лемера, ни у грозного скалистого мыса Горн, где непрестанно свирепствуют ураганы и штормы.

В первые часы плавания по Магелланову проливу, на протяжении приблизительно шестидесяти – восьмидесяти миль до мыса Грегори, берега отлоги и песчаны. Жак Паганель боялся проглядеть хоть единый прибрежный уголок, хоть единую деталь пролива.

Плыть предстояло около тридцати шести часов, а панорама берегов, залитых сверкающим южным солнцем, несомненно, заслуживала напряженного и восторженного созерцания. Вдоль северных берегов не видно было никаких жителей, только несколько туземцев бродило по обнаженным скалам Огненной Земли.

Паганель роптал на то, что ему не пришлось увидеть ни одного патагонца; его это сердило, а спутников забавляло.

– Патагония без патагонцев – это не Патагония, – раздраженно повторял он.

– Потерпите, мой почтенный географ, скоро мы увидим патагонцев, – утешал его Гленарван.

– Я не уверен в этом.

– Но ведь они существуют, – заметила леди Элен.

– Сильно сомневаюсь в этом, сударыня, поскольку не вижу ни одного.

– Но ведь название «патагонцы», что по-испански значит «большеногие», дано было не каким-то воображаемым созданиям.

– О! название ровно ничего не значит! – воскликнул Паганель, любивший спорить и потому упрямо стоявший на своем. – Кроме того, вообще неизвестно, как их называют.

– Неужели! – воскликнул Гленарван. – А вы знали об этом, майор?

– Нет, – ответил Мак-Наббс, – и я не заплатил бы ни одного шотландского фунта стерлингов за то, чтобы узнать это.

– И тем не менее узнайте это, равнодушный вы человек! – заявил Паганель. – Магеллан назвал туземцев «патагонцами», это верно, но огнеземельцы называют их «тиременеи», чилийцы – «каукалу», колонисты Кармена – «теуэльче», арауканцы – «уильче».