Мегрэ и привидение

Как и следовало ожидать, у Нуво было прочное алиби. Два человека утверждали, что в момент ограбления он сидел в баре на авеню Терн.

Многочасовые перекрестные допросы не дали никаких результатов. Старший из мотоциклистов, Виктор Сидон по прозвищу Толстячок (поскольку был весьма упитанным юношей), презрительно смотрел на комиссара. Сожье по прозвищу Петарда со слезами на глазах клялся, что ничего не знает.

– Мы с Жанвье решили сосредоточиться на Боше. Мы даже позвали его мать, которая умоляла сына: «Жанно, скажи им! Ты же понимаешь, что эти господа не хотят причинить тебе зла.

Они же понимают, что тебя просто втянули в это дело…»

Полицейские пили пиво и ели бутерброды.

– Послушай, Жанно, ты считаешь себя крутым парнем. Это они заставили тебя так думать. Но на самом деле ни ты, ни твои юные дружки не могли придумать такую схему. За вами кто-то стоит, тот, кто руководит вами. Уж он-то не хочет мараться. Когда человек выходит из Френа [1 - Френ – город к югу от Парижа. В нем находится одна из самых больших тюрем Франции.

 – Примеч. пер.], у него нет ни малейшего желания туда возвращаться. Признайся, он был там, сидел в угнанной машине и прикрывал ваше бегство, намеренно делая неумелые маневры в плотном движении…

Двадцать неприятных часов, в течение которых они постепенно подводили юношу к границам человеческого сопротивления. Не менее неприятно было смотреть и на то, как он сломался.

– Ладно! Я все скажу. Да, это Нуво. Он подошел к нам в «Лотосе» и втянул в это дело…

«Лотос» – маленький бар на улице Сент-Антуан.

В него приходила молодежь, чтобы послушать музыкальные автоматы.

– Из-за вас он подговорит своих дружков убить меня, когда я выйду из тюрьмы…

Вот и все! День прошел. Мегрэ лег спать. Голова у него гудела.

– Тебе когда завтра в контору?

– В девять.

– Может, поспишь подольше?

– Разбуди меня в восемь часов.

Никакого перехода ко сну не было. У Мегрэ сложилось впечатление, что он вовсе не спал. Ему казалось, что уже через несколько минут после того, как он закрыл глаза, раздался звонок в дверь, и его жена встала, чтобы открыть.

В коридоре шушукались. Голос пришедшего показался Мегрэ знакомым, но он решил, что это во сне, и зарылся головой в подушку.

Он слышал шаги: это его жена подходила к кровати. Ляжет ли она снова? Кто-то ошибся дверью? Нет. Она дотронулась до его плеча, отдернула занавески, и, еще не открыв глаз, Мегрэ понял, что наступило утро.