Невольники звёзд

– Так, теперь Двитья… Двитья – Дивия! Дивная, значит.

– Очень красиво… – вечно бледная Мышка зарделась от удовольствия.

– Мое почтение, принцесса Дивия! – изящно поклонился ей горец, отчего бедняжка раскраснелась еще больше.

– Ага, Тритья, – вдохновенно продолжила Саптама. – Тритья… Тритья… Рита! Рита для своих, а полная форма – Маргарита. Означает «жемчужина». И у нас, чтобы ты знала, была уйма королев с именем Маргарита!

– Ну раз уйма, я согласна… Тем более, что жемчуг мне очень даже к лицу! – рыженькая стрельнула глазками в Патрика, отчего тот оторопел, а остальные захихикали.

– Ну разумеется, принцесса Маргарита… Меня, значит, оставила напоследок, синевласка? – пятый принц снова посмотрел на нее так, что ей вдруг стало жарко. – Ну же, я сгораю от нетерпения!

Саптама впервые замешкалась.

– Мне не приходит в голову ничего, похожего на Панкама, – призналась она. – Может, попробовать по-другому? Ты вырос в стране горных эльфов, так? Горные эльфы, значит, горцы… Стоп, так ты же горец!

– Ну да.

– А как тебе имя Коннор? – глаза под синей челкой лукаво блеснули.

– Вполне себе. И что оно означает?

– Понятия не имею…

– Волк, – воспитанник ведунов, теперь уже принц Артур, снова проявил эрудицию: – Вернее, «друг волков» или «предводитель стаи».

– Идет! Принц Коннор, к вашим услугам, – горец шутливо поклонился во все стороны. – Осталась только ты сама, синевласка.

Девушка задумалась.

– Сап-та-ма… Сантана? А что, мне нравится – пусть будет Сантана.

– А для своих как? – прищурился принц Коннор. – Тана?

Синевласка вздрогнула, и слезный ком внезапно подкатил к горлу. Так, почти так ее звали в другом мире – друзья, родители, сестренка…

На этом заседание и закончилось. Неожиданно явилась запыхавшаяся домоправительница, всплеснула руками:

– Вот вы где! А я бегаю по всему замку, ищу… Ваши наряды доставлены, идите примерять!

Семь принцев и принцесс гурьбой выбежали из трапезной. Госпожа Кукут, охая и причитая, поспешила следом.

Едва дверь за ней закрылась, в окошке, через которое подавали еду из кухни, показалась вихрастая голова. Паренек в неприметной одежде слуги, с виду ровесник семи претендентов на трон, ловко перебрался в трапезную, нырнул под стол и поднял что-то с пола. Не успел он вылезти наружу, как в окошко просунулась вторая голова, краснощекая, увенчанная поварским колпаком.

– Эй, что ты тут делаешь, негодник? – сдвинул брови повар.