Невольники звёзд

Ободренная такими словами – неважно, что сказаны они были не слишком приветливо – Двитья продолжила:

– Знаешь, нам разрешили взять внизу кое-какие вещи, ну, чтобы комнаты сделать поуютнее. Я покажу тебе чулан и помогу принести…

– Обойдусь! Может, я всю жизнь мечтала пожить в тюремной камере?

– Извини… – стушевалась Мышка и поспешно вышла.

Но до своей комнаты дойти не успела – синеволосая ее догнала.

– Это ты меня извини… Двитья, кажется? Столько всего разом навалилось!

– Понимаю. Мне поначалу тоже было страшно.

– Надеюсь, – криво улыбнулась новенькая.

– Тут все хорошие, правда! Ну почти все. Мальчики иногда грубят, но это они не со зла, просто они… мальчики. А тетушка Кукут, домоправительница, так и вовсе сама доброта!

– Кто, эта злыдня? Вот же дурацкое имечко – Кукут! И вообще, она на курицу похожа, на нервную вредную несушку! – принцесса Саптама не была уверена, бывают ли курицы нервными и тем более вредными, но напряжение последних дней требовало выхода, вот она и бесилась.

– Наша домоправительница совсем не злыдня, сама увидишь, – возразила Двитья, словно не замечая раздражения новенькой. – Просто не любит, когда ей перечат – она же тут старшая, за все отвечает…

– Ладно, проехали, – перебила ее Саптама. – Покажи, где тут что. Для начала, где можно руки помыть?

Вот так и получилось, что маленькая пугливая Двитья первой пришла на помощь новенькой, которая была на голову выше ее и казалась гораздо увереннее в себе.

Так или иначе, они вместе прошлись по полупустой девичьей половине второго этажа и спустились на первый.

– В той стороне классы, мы там еще не были – без вас уроки не начинались. Здесь трапезная, а там, – Двитья кивком указала на массивную дубовую дверь, – библиотека.

– Давай зайдем! – внезапно оживилась Саптама. А Двитья, наоборот, как-то сразу поникла. – Что, нельзя?

– Почему же, можно. Некоторые почти все время там проводят.

– Так пошли! – новенькая уже толкала тяжеленную створку, и проводнице пришлось согласиться.

Они оказались в большом помещении, уставленном шкафами и стеллажами с книгами, самыми разнообразными: старинными и совсем новыми, миниатюрными и огромными. Некоторые, наверняка самые ценные, хранились в стеклянных витринах. Были здесь и полки с длинными узкими ячейками для пергаментных свитков, а также всевозможные атласы и карты.