Невольники звёзд

Никто из ребят не заметил, что на самом верху башни притаилась группа людей в черных и белых одеяниях: они прятались за каменными зубцами, но слышали каждое слово, произнесенное во дворе.

Тем временем домоправительница привела новенькую в ее комнату.

– Это что, каморка служанки? – спросила девица, когда госпожа Кукут открыла перед ней дверь.

Домоправительница сделала вид, что не поняла иронии.

– Нет, комнаты прислуги этажом выше. Это твои личные покои, принцесса Саптама.

– Покои? Ну да, только покойников сюда и селить – так и так уже окоченели!

– У других девочек такие же комнаты, – холодно заметила госпожа Кукут.

– Это их проблема, – огрызнулась новенькая, не двигаясь с порога. – А я терпеть не собираюсь…

Но домоправительница уже спешила обратно на кухню, где, помимо обычного обеда для учеников, простого и сытного, готовили несколько особенных блюд для гостей: ожидали приезда важных персон. Встретив по пути Двитью и Тритью, госпожа Кукут попросила их ознакомить новенькую с распорядком дня и показать дорогу в трапезную.

– Не собираюсь я опекать эту грубиянку! – заявила Тритья, когда подруги остались одни. – Ничего, малость поголодает – глядишь, станет повежливее…

– Это вряд ли, – усомнилась Двитья: чувство голода ей было слишком хорошо знакомо.

Но рыжая гнула свое:

– О, не говори! Помню, как-то портниха заузила лиф платья, которое я собиралась надеть на вечеринку. Пришлось три дня сидеть на простокваше, ни крошки мучного и сладкого! Ты даже не представляешь, какая это мука…

– Представляю, – едва слышно выдохнула воспитанница сиротского приюта.

– …зато потом я была как шелковая, по словам матушки, – самозабвенно продолжала Тритья. – Так что нашей гордячке тоже будет полезно посидеть на диете, может, спеси поубавится… Ладно, я к себе, хоть прическу сменю к обеду, раз новые наряды нам до сих пор не привезли! – и скрылась в своей спальне.

А Двитья с минуту потопталась в нерешительности, затем прошла дальше по коридору и постучалась в дверь новенькой.

– Не заперто! – отозвался кислый голос.

Двитья робко вошла и застыла на пороге, теребя поясок линялого приютского платья. Синеволосая сидела на кровати – с ногами, даже не потрудившись снять ботинки.

– Чего тебе? – зло бросил она.

– Я пришла сказать, что обед через час. Трапезная на первом этаже, слева от лестницы…

– Отлично, спасибо.