Песнь жар-птицы

– А показывать язык – некрасиво, да, дядя Тобиас?

– Цыц, малявки! – снова рыкнул на близнецов старший брат.

Но те в ответ залились счастливым смехом. Описав круг по двору, «лошадки» понесли наездников в дом.

– Что за ночные бдения, пап? – обратился Вик к отцу, когда тот подошел, закрыв за машиной ворота.

– Кто бы говорил! – Теренс с улыбкой обнял сына. – Первое, что я видел каждый раз, вернувшись с поездки – это ваши носы, приплюснутые к оконному стеклу.

– Так то носы! Нам с Евой и в голову не приходило бессовестно эксплуатировать уставших путников.

– Зато в ваши головы приходило много всякого другого… Пошли уже, ужин стынет.

– Мама, само собой, тоже не спит?

– Само собой, – Теренс ступил на ярко освещенное крыльцо.

Тут Вик заметил кота на перилах.

– Ну, тогда дайте и мне кого-нибудь отнести! – он взял кота на руки. – Ты же не против, а, морда рыжая?

Барбос напрягся, но вырываться не стал, лишь недовольно прижал уши.

Так с котом на руках Вик и вошел в столовую, где, как всегда, вкусно пахло едой. Эмилия уже успела встретить гостей, стащить с них двойняшек и даже выпроводить последних обратно в детскую.

– Здравствуй, сын… Ну и видок у тебя! – она убрала былинку из его спутанных волос. – Отпусти, пожалуйста, ни в чем не повинное животное, мой руки – и за стол!

Полчаса спустя накормленные, обогретые и обласканные, путники уселись в ряд на длинном диване в гостиной.

– Как мы сейчас поступим? Наверное, вам лучше сначала выспаться, отдохнуть как следует…

– Да мы по очереди вели машину, и каждый успел вздремнуть, – ответил Клим, поскольку Теренс обращался именно к нему. – Я, по крайней мере, точно спать не хочу.

– Я тоже не засну, – поддакнул Вик.

Тобиас просто кивнул.

– Ладно, тогда давайте дождемся Эмилию. Мы уже посовещались, что можно сделать, чтобы помочь Климу вспомнить недостающие детали…

– Боюсь, я ничего больше не увижу, – прервал его Клим, заметно нервничая.

– Успокойся, мой мальчик! – во взгляде Теренса было столько уверенности, что Клима немного отпустило. – Я все подробно объясню. Дело в том, что Эмилия обладает некой способностью проникать в воспоминания других людей и видеть там то, что они сами забыли либо не заметили.