Будни Снежной бабы

Его эти вести ничуть не смутили, и долго еще после похорон Галя пыталась избавиться от его навязчивого присутствия в своей жизни. Он был женат, о чем постоянно говорил, но находил время преследовать Галю, – ловил ее после училища, встречал утром у дома, приобнимал, хохотал и сально шутил.

Галя вымученно улыбалась. Она, вежливая хорошая девочка, только что окончившая школу, никак не могла понять, что же ей делать с этим нежданным кавалером.

– Разбирайся сама, – сказала ей мама. – Сама его приманила.

Галя не понимала, как она могла приманить этого человека, но чувствовала теперь вину перед ним: словно она, будто волшебный фонарик, посветила ему, пообещала тепло, а после пытается обмануть и бросить в темноте.

Чувство вины не давало ей сделать то, чего физически требовало ее тело: оттолкнуть этого отвратительного ей, плохо пахнущего чужого мужчину, накричать, выгнать его из своей жизни навсегда.

К счастью, ситуация разрешилась сама. Как-то Галя бежала по улицам после училища, а Славик топал рядом, прихватывая ее то за плечо, то за бедро и курлыкая что-то по обыкновению: какие-то обещания, требования, шутки…

И тут навстречу им выкатилась белая от гнева женщина, небольшого роста, черноглазая.

Славик увял и перебежал на ее сторону, а в сторону Гали кивнул небрежно:

– Привязалась шлюха малолетняя, Нин, не поверишь… каждый день объясняю, что ничего не будет у нас с нею…

Женщина устало отвела глаза.

Она ничего не сказала и увела за собой Славика прочь из Галиной жизни.

Вздохнув с облегчением, Галя снова погрузилась в ожидание принца. Второй «кандидат» появился, когда она устроилась на первую работу, в ателье по пошиву и ремонту верхней одежды.

Звали его Геннадий Васильевич.

И был он так же пузат, неопрятен и тоже хохотал над собственными сальными шутками.

Дело осложнялось тем, что Геннадий Васильевич был хозяином и директором ателье. Под его началом работали шесть женщин, и минимум трое из них входили в его гарем. Галю предупреждали, что к хозяину желательно проявлять симпатию, иначе на незадачливой работнице может повиснуть огромный долг на невзначай испорченную шубу или дубленку.