Демон снаружи

Чувствуя, как в меня снова начинает что-то перетекать, ощущая при этом постоянный прилив сил. – Это уже интересней! – отбросив этого в сторону, начал обходить всех остальных покойников проделывая с каждым из них ту же самую процедуру. Только с оторванной головой у меня ничего не вышло, тогда я отыскал её владельца втянул в себя воздух над ним. Сработало!

Теперь я себя чувствовал, как никогда превосходно! Все раны мои исцелились, дыры в крыльях, и те заросли! Осмотрел себя со всех сторон, ни единой царапины.

– Ты что это делаешь? – сильно прихрамывая на правую ногу, девица наконец-то добралась до меня. – Ты выпил их души! – затем сама же себе и ответила. – Хотя, чего это я, ты же ведь демон! А им всем, туда и дорога! – махнула на джиннов рукой.

– Пойдём, поищем воды. – показал ей на стоящих в стороне, как я сперва думал, верблюдов, но эти животные были совсем не они. Ни шерсти, ни длинной шеи с горбом у тех не наблюдалось. Они были наоборот, лысые и толстокожи, серого цвета, как носороги, и головой как у безрогой коровы.

Порывшись в перекинутых через их спины седельных сумках, достал бурдюк с жидкостью. И подхватив его вернулся обратно к Арбеле, что так и застыла, больше не двигаясь с места.

– Подожди! – отодвинул в сторону протянутые к нему руки. – Дай я сперва попробую, вдруг там отрава! – жрица тут же притихла, а я, сорвав пробку сперва понюхал жидкость из горлышка. В том, что я сам смогу пережить принятый яд, я был не уверен, но шансов его пережить, у меня всё же явно было побольше.

Но из бурдюка ничем таким не воняло, и я рискнул сделать мелкий глоток.

– На! – протянул его ей. – Это просто затхлая вода. – та без раздумий присосалась к нему. – Не пей слишком много, оставь, пей понемногу, но часто! – но та меня даже не слышала. Пришлось вмешаться и отобрать у неё бурдюк, за что сразу же узнал о себе много нового.

– Держи! – сунул его обратно. – Я понесу тебя, а ты понесёшь его. – и пока она соображала, снова схватил её за подмышки, она только взвизгнуть успела, как я уже парил в небесах.

Но на этот раз её вой не утихал, превратившись в поскуливания. – В чём ещё дело? – опустив голову посмотрел на неё, то как её лицо кривилось в гримасе не испуга, а боли, значит тут дело в чём-то другом. Пришлось вновь приземлиться.

– Покажи мне свою ногу! – потребовал я от неё. Усевшись на песок, та вытянула вперёд правую лодыжку, что была покрасневшей и сильно опухшей.