Демон снаружи

 – Рви шмотки на тонкие ленты, которые будем по мере необходимости на крест подматывать.

– А как их не хватит? – запричитал тот, указав на наши общие вещи.

– Трусы будем жечь! – рявкнул я на него, чтобы тот чего доброго, в панику не ударился.

– Толстяка сожжём, вон в нём сколько сала! – подключился к дискуссии зек. Толстяк никак не отреагировал на эту шутку. – А может быть и сожрём! Кто его знает, сколько времени мы тут ещё шарахаться будем? Да, поросёнок?! – заржал, увидев, как тот после его слов затрепыхался, стараясь отстраниться от нас подальше.

Когда последней на лоскуты была изорвана ряса священника. Я начал накручивать на низ креста длинную лямку, готовя свой маленький факел. Как вдруг в темноте, совсем где-то рядом с нами, послышался громкий треск. Мы все моментально притихли, стараясь определить, что же это такое могло только что быть? Но только раз громыхнув, звук больше не повторялся, вновь навалившись на нас со всех сторон тишиной. И сколько бы я не вслушивался, так больше никаких посторонних шумов не смог разобрать.

И тут треск вновь повторился. Мы все инстинктивно сбились в кучу плотнее. Только на этот раз звук сопровождался громким хлопком, вслед за которым кто-то невидимый, не предупреждая об этом нас, повсюду включил яркий свет. Привыкнув к окружающей нас темноте, мы все моментально зажмурились. При этом я матюгнулся, зек что-то изрёк на фене, девица же просто истерически взвизгнула, а падре помянул бога в суе.

Когда зрение прояснилось, мы все с отвисшими челюстями, начали удивлённо озираться кругом. Оказалось, что зал, в котором мы сейчас находились, действительно был огромен! Во множестве освещённый точно такими же жаровнями, первоначально возле которой мы и очутились. Стоявших на расстоянии метров по десять-пятнадцать одна от другой. И на сколько мы могли разглядеть, казалось, что зал уходил во все стороны разом.

Но самое страшное было не это! Всего метрах в тридцати перед нами, возвышалось здоровенное кресло, высеченное из чёрного камня. И было оно таких огромных размеров, что в него слона можно было легко усадить. Только вот оно уже было занято! Которое в окутывающей нас со всех сторон тьме, мы до селя попросту не могли разглядеть.