Калейдоскоп времени

Мой попутчик тоже смотрел на меня внимательно, как бы изучая, и явно составляя свое мнение обо мне, но одновременно очень по-доброму. Наконец, довольный своими наблюдениями, он улыбнулся и сказал:

– Ну вот и прекрасно, милая девушка! Все, о чем вы сейчас так беспокоились, не стоит выеденного яйца. В жизни непорядочных людей немало. Нельзя быть такой открытой и доверяться малознакомым людям. Вообще, откровенничать с подругами не стоит!

Я чуть не выронила из рук сочник, который уже с удовольствием надкусила.

– Давайте сначала попьем чайку, а потом поговорим. Как вам сочник?

– Никогда в жизни не ела такого вкусного сочника. Это что, домашняя выпечка?

Мой визави опять усмехнулся и ответил весьма оригинально.

– Меня зовут Генрихом Карловичем, а вас?

– Жанной.

– Милая Жанночка, эти сочники испечены специально для вас. Кушайте на здоровье!

Он раскрыл свой волшебный саквояж и извлек из него еще два сочника, присовокупив к ним два чудесных мандарина.

– Спасибо, мне, право, так неловко, я с собой ничего не захватила, и мне нечем вас угостить.

– Не беспокойтесь, милая девочка, в моем «юном» возрасте кушать в столь позднее время уже непозволительно. Но чайку мы с вами выпьем вместе.

Он придвинул к себе стакан с чаем и сделал маленький глоточек. К этому времени я уже принялась за второй сочник, который, как и первый, был таким вкусным, что просто таял во рту.

– Позвольте вашу руку, сударыня! – несколько пафосно произнес Генрих Карлович.

Я непонимающе уставилась на него.

– Вы мне позволите взглянуть на линии вашей руки? – все с той же доброжелательной улыбкой спросил он, протягивая мне свою руку.

– Какую руку вы желаете изучить? – в тон ему улыбнулась я.

– Любую, какую пожелаете.

Я протянула ему свою левую руку, и он внимательно стал рассматривать линии моей ладошки.

Это продолжалось несколько долгих минут и уже стало мне надоедать, когда он воскликнул.

– Все так, как я и думал изначально.

– Что пишут? – иронично осведомилась я.

– Вы сильная и умная девушка! Этот урок был вам послан свыше! Вы теперь навряд ли кому-нибудь доверите свои сердечные тайны!

Он улыбнулся и отпустил мою руку.