Любимица мира

– Что там Джо? Меня послушай! Я отлично пою! – с хохотом воскликнул Питер 567 – толстый дяденька с красным носом, торгующий фруктами на углу. Он окинул Карину нескромным взглядом, закручивая пальцем черный ус.

– Да, да, – сконфузилась Карина.

Еще несколько людей высунулось из окон домов. Они принялись махать руками:

– Карина 405! Карина 405!

– Всем доброе утро! – выдавила Карина, всей душой желая убежать подальше.

Приветствие здесь, приветствие там, снова оценивающие взгляды, только теперь на расстоянии вытянутой руки.

Люди бурно реагировали, когда встречали Карину вживую. Они так жадно изучали её, словно пытались впитать всю до капли своими глазами. А еще все норовили ущипнуть и дать совет.

Голова снова начала закипать, реальные взгляды присоединились к дистанционным, и это было уже слишком… Сокровенные мысли вот-вот вырвутся наружу и будут услышаны миллиардами людей.

Карина ускорила шаг и, увидев ворота парка, помчалась к ним, словно спортсмен до финишной прямой. Это было так по-детски.

Ведь места не меняли ничего в сознании. Но её вера в то, что парк подарит свободу, была сильней любых мыслей.

– Добралась! – улыбнулась Карина, уже предвкушая приятную расслабленность, которая придет на смену стрессу. Даже внимание зрителей отошло сейчас на второй план, ощущаясь в виде блеклых картинок.

Карина перевела дыхание и зашагала по алее цветущих деревьев, вдоль зеркально-синего пруда, вымощенного камнями. Людей здесь не было. Изнеженные горожане не любили утреннюю прохладу, поэтому выходили погулять чуть позже, а если и в такую рань, то держались подальше от водоема, щедро дарящего влагу и озноб.

Но Карина обожала эту свежесть, она бодрила и возвращала жизнь в каждую клеточку тела.

Карина радовалась отсутствию людей. Никто не будет тормошить и отвлекать. Поэтому, переключив сознание на бессловесные мысли, она просто наблюдала за природой. Душистый ветерок приятно играл с волосами и щекотал лицо. Взгляд скользил по белоснежным и розовым гроздьям цветов, нанизанных на узловатые ветки деревьев так восхитительно неравномерно, как это умеет делать только природа.

Над пушистыми верхушками проплывали облака, которые казались теми же цветами, только сумевшими оторваться от ствола и улететь на свободу, и сердце плыло вслед за ними.

Небо, как всегда, дарило удивительное спокойствие, которое окутывало сердце и придавало сил. Сладостная невесомость и свобода настигали Карину, но длилось это недолго. На смену им приходила непонятная тоска.