Моя госпожа Ямамото

Кстати, этим я сейчас и занимаюсь, настукивая писульки на макбуке 2017 года в надежде понять что между нами было и какого хрена не могу перестать о ней думать.

Короче, отвлекся.

Я поцеловал госпожу Ямамото, толкнув кончик ее языка с нотками собственного пениса, и еще раз заглянул в черные глаза, один из которых косит на три градуса к носу. Затем вернул член как было – в ее рот – и стал давить лапой на обнаженную холку, прощупывая шейные позвонки азиатского скелета из префектуры Канто.

По мере того, как Сачико сосала член, все четыре камеры моего сердца наполнялись теплым молоком, перекачивая затем это молоко по сосудам, органам и клеткам моего тела.

И молоко это, надо сказать, было непростым, а самым что ни на есть маковым.

Я мечтал, чтобы ее минет продолжался вечно. Соси, Сачико-сан, а я посоплю тут в полудреме. Забуду о своих долгах по кредиту, который вторчал на убыточные акции, забуду о больном плече, забуду об облысении. Как было бы хорошо быть с тобой вот так всегда; но член достиг высочайшего уровня чувствительности, что означало лишь одно – скоро этот сон закончится.

Стало неловко от того, что я кончу так быстро. И как назло, госпожа Ямамото все ритмичнее качала головой, чавкая членом, смакуя и напевая еле слышную мелодию голосом, который шел изнутри ее горячего тела. Кто-то сказал бы, что она просто стонет, но это не стон – я уверен, – это была песня.

Пытаясь отвлечься, чтобы растянуть удовольствие, я, напротив, нашел еще больше причин кончить быстрее обычного: начиная ее внушительной грудью, которая царапалась о кудри на моих ногах, заканчивая двумя ее румяными подушками, что отделялись друг от друга черными трусиками с кружевами.

В общем, я продержался недолго. Не было ни сил, ни желания замедлять Сачико. Хотя, если быть честным, я бы хотел, я бы молил, чтобы она остановилась хоть на секунду и дала передохнуть, но я не мог вымолвить ни слова. Мне только интересно, она этому научилась или это форма генетической предрасположенности? В смысле, я бы не сказал, что Сачико владела какой-то удивительной техникой, ее минет был почти обычным.

Но она сосала так, словно мой член был вкусным. Это же ложь? Авокадо вкусное, банан вкусный, шоколад вкусный, но я ни за что не поверю, что и член тоже. Выходит, она притворяется; выходит, она притворяется настолько искусно, что ее актерская игра заставляет меня поверить в то, что мой член вкусный.