Пеший камикадзе. Книга первая

Обогнув по тропинке сварочно-ремонтный цех, ремроту, продовольственный и вещевой склады, не дойдя до палатки роты материально–технического обеспечения, где квартировал взвод химиков, Егор свернул налево.

– Вижу, вам спать тоже не хочется? – произнёс женский голос из темноты.

Егор вгляделся в вечерний сумрак. Луна в бледном радужном круге, обычно висевшая над сапёрной ротой тусклым фонарём засела за тяжёлыми облаками. Мгла подступила к влажной роговице, ощутив на ресницах бархат ночи, Егор включил фонарь.

– Наталья? – разглядел он в луче света медицинскую сестру.

 – Не ожидал вас встретить в такой час. Что вы здесь делаете?

– Тебя жду.

– Что случилось?

– Слава богу, ничего серьёзного, пока обходимся уколами.

– Ах, да! Совсем забыл, простите. У начальника штаба задержался.

– Как он?

– Застал его в непривычно хорошем настроении, песни напевал…

Егор почувствовал, что она улыбнулась.

– Надо было дневальному передать, что приходили, и не ждать, я бы сам в медпункт сдался.

– Не волнуйся. Я всё ещё здесь. Идём?

– Ступайте за мной, здесь –осторожнее, не споткнитесь.

Палатка сапёров была развёрнута внутри одноэтажного здания. Это было просторное помещение с примыкающим к нему гаражом. Они вошли внутрь. Егор накинулся на фанерную дверь тамбура барачно-санитарной палатки, отворил её и предложил войти.

– Давай, ты первый, – тихо сказала она. – Мало ли что? Всё-таки внутри мужчины…

– Ах, да… – ввалился Егор в палатку.

Внутри происходила привычная возня – потребовалось время, чтобы разобраться в обстановке.

В жарко натопленном пространстве, освещенном тусклыми лампами то там, то здесь стояли, сидели на нарах или лежали вповалку солдаты. Стеклов уже спал. Кривицкий пил кофе со сгущёнкой, которое ему было всё равно, когда пить.

– Всё вполне прилично. По-спартански. Заходите, – произнёс полушёпотом Егор.

– Егор, ты, что ли?.. О, какие люди! – сипло воскликнул Кривицкий, едва завидев Наталью Шнеур.

– Привет, Ген, – сказала она.

– Какими судьбами?

– Судьба у нас одна – служение Отчизне… – мягко сказала Шнеур.

– Ага, точно. Только мы называем его экзаменом. Жаль пересдать нельзя в случае чего. Одна попытка у нас.

Наталья грустно улыбнулась.

– Присаживайся. Кофе будешь?

– Нет, Ген, спасибо. Я ненадолго.

– Опять уколоть этого чудака?

– Почему чудака?

– Это он любя… – сказал Бис, укладываясь на кровать.

– Что, в госпиталь уже не едешь?

– Нет. Здесь отлежусь.