На линии огня

Он думал о прошлом и будущем, о несбывшихся мечтах и реалиях сегодняшнего дня, в которых ему было также неуютно, как после трагической гибели Ксюши… Засыпая, Николай вспомнил о начальнике отряда. Видный мужик, высокий, осанистый. Скоро наверняка полковника получит – это тебе не прапорщик. А как классно работает на ковре! Недавно показывал им приемы рукопашного боя. Точный удар, мгновенная реакция, мертвая хватка. Пожалуй, если сойдутся на ринге, мастер спорта Куница вряд ли его одолеет.

В половине одиннадцатого, не дожидаясь звонка будильника, Николай встал.

Натянул на себя легкий пятнистый комбинезон, в котором обычно ходил летом на задания. Выложил в ящик стола документы и фотографию сына. Поколебавшись, сунул в задний карман газовый пистолет. Подполковник Смолистый приказал не брать с собой оружия, только ножи. Но «газовик» – не оружие, хотя неоднократно выручал хозяина в затруднительных обстоятельствах. Пистолет был подарком старого друга из спецназа, сделан на заказ, с очень точным боем и сильными нервно-паралитическими зарядами.

В машине ехали втроем. Разговаривать не хотелось, каждый думал о своем. Молчание нарушил сидевший рядом с шофером Смолистый.

– Почему приуныли, добры молодцы? – спросил насмешливо. – Или страх одолел?

– Веселиться люблю после окончания дела, – мрачно отозвался Куница.

– На серьезную работу едем, – поддержал Ванчен. – Зачем говорить слова?

– Наверное, ты прав, Вано, – согласился Смолистый. – Можем к черту в зубы попасть…

– А вы тут при чем? – встревожился Куница.

– Я иду тоже.

– Нельзя вам, товарищ подполковник! Мы люди маленькие. Вдруг попадемся, спрос невелик. Взять с нас нечего…

– В разведке все рядовые. С каждого, коли провалимся, шкуру спустят.

– Плохие мысли, плохие слова, – поддержал прапорщика Ванчен.

– Согласен, – усмехнулся Смолистый.

Из машины вышли у знакомого причала, где швартовались катера, доставляющие грузы на мыс возле Кирсановки. Здесь, собственно, обрывалась дорога, прорубленная пограничниками в тайге.

Однако пирс, к удивлению Куницы, был пуст.

– Вот так финт, – расстроился он. – Как же мы до Безымянного доберемся?

– Шутишь, Николай Васильевич? – спросил Смолистый. – За Безымянным китайцы наверняка смотрят особо. Зачем же нам на рожон лезть?

– Так ведь ночь безлунная. И тут до монастыря кратчайший путь. В темноте запросто проскочим.

– Думаешь, только у нас есть приборы ночного видения?

– У меня простой психологический расчет, – возразил Куница.