Сборник. Хозяйка вредной горы

– Простите, я не расслышала. Вы закрываете?

Я сделала акцент на местоимении, чтобы айну стало совсем понятно, раз у него такие проблемы с восприятием. Он все ловил на лету, но сдаваться не собирался. Этот упрямый тип так и нарывался на мой праведный, неукротимый гнев. А гнев хозяйки вредной горы, как часто называли Кару – штука опасная и непредсказуемая. И это Эльрих тоже знал на собственном примере. Поэтому его упрямство еще больше выводило меня из равновесия.

– Позвольте вам напомнить, Эльрих дель Хассаль! Здесь распоряжаюсь я! Вы – лишь приглашенный специалист.

Я понимала, что решение айна разумное, особенно после того, как нескольких туристов смело снежной бурей прямо из зала ожидания. Конечно, катание на санках и ледянках – развлечение неплохое. Веселое, где-то даже задорное… Но обычно оно добровольное, и к нему прилагается, как минимум, теплая одежда.

Однако меня возмутило, что этот выскочка снова пытается распоряжаться в моей вотчине. Я ведь не приезжаю в командный пункт МЧС и не отдаю ценные приказы! А вот Эльрих почему-то уверен, что, где бы он ни появился, все обязаны ему подчиняться! И руководство этого «где» можно вообще в расчет не принимать.

Это происходило уже не впервые. И, кажется, в прошлый раз я явственно дала понять айну, кто тут главный и кто принимает решения.

Даже не знаю, почему меня так бесил этот белобрысый тип. То ли оттого, что, когда он смотрел вот так, с полуулыбкой и с вызовом, у меня внутри что-то екало. То ли оттого, что всякий раз он приближался больше, чем требовалось, даже пытался приобнять без разрешения. То ли потому, что, невзирая на его бесцеремонность, нахальство и упорство не к месту, он был очень даже мне симпатичен…

Наверное, все сразу и вместе.

Вспоминалась фраза героини одного известного фильма: «Я люблю его и от этого еще больше ненавижу!». До любви тут было, конечно, весьма далеко, мы едва познакомились с Эльрихом. Но что-то похожее в моих ощущениях рядом с айном определенно присутствовало.

Эльрих молчал, глядя на меня и криво улыбаясь в своей незабываемой манере. Чуть облизал губы и снова прищурился.