Сборник. Хозяйка вредной горы

Кто бы мог подумать, что это кровь с молоком. Да еще в таком роскошном брутальном сосуде!

И вот все было почти прекрасно. Шикарный вид на шикарных мужиков. Веселье. Смех. Шоу.

Если бы айн не открыл рот.

Скажу сразу – пословица выслушай женщину и сделай наоборот у меня звучит так: «Выслушай мужчину и сделай… вид, что поняла. А потом действуй на свое усмотрение».

– Значит так! Всем успокоиться и разойтись! Журнал посетителей, я уверен зафиксировал тех, кто пришел раньше! Кроме того, важность миссии требуется удостоверять специальной справкой из канцелярии семи миров!

Да, черт побери! Просто песня для моих ушей! Именно это я и сама собиралась чуть позже сообщить смутьянам.

Но какого, я спрашиваю, лешего, этот верзила распоряжается в моей вотчине? И что он тут, в принципе, делает? Я вроде МЧС не вызывала! Не тот случай и не те обстоятельства!

Я неспешно вышла из командного пункта на свое любимое смотровое плато. Из самого пункта при помощи кольпа я могла наблюдать за всем, что творилось на территории Кары, включая альпинистские походы на вершины и суету возле сувенирных киосков.

Айн сразу же вскинул голову, и наши взгляды встретились. Не знаю, что случилось, но на минуту я просто потеряла нить мысли. Точнее, забыла, как собиралась высказать этому верзиле насколько он неправ, что начал командовать в Каре без всяких на то оснований.

Глава МЧС так и застыл, не сводя с меня внимательного взгляда, и я даже слегка растерялась.

Чтобы немного понизить градус напряжения и неловкости, я вызывала каменный поток и начала спускаться. Обычно на такое зрелище народу собиралось немерено. Я делала это редко, но всякий раз к концу внушительная толпа глазела, как я, стоя на каменном потоке, медленно лечу вниз или же, наоборот, поднимаюсь вверх.

Айн замер, не смаргивал и не сводил взгляда по-прежнему.

Я добралась до нужного зала.

Шестнадцатый портал располагался на широком открытом плато Кары. В отличие от некоторых других, что находились в облагороженных почти до вида залов аэропорта гротах.

Зал ожидания представлял собой ряды высоких кресел из местного материала – любра. Он напоминал теплый пластик и был очень легким.