Химеры техномира

Рис вернулся к окну, прислонился лбом к стеклу и замолк.

Я лежала, переваривала сведения и не знала, что предпринять. Лельдис… Властный, непоколебимый и зависимый от меня, как мощная секвойя от солнца и влаги. Она может простоять веками, пережить тысячи собратьев. Но лиши дерево яркого света, воды у корней, оно иссохнет и рассыплется мелкой трухой.

Неужели Рис так настаивал, давил, требовал лишь потому, что просто не мог иначе? Мне и в голову такое не приходило.

Расстанься мы – я найду другого, выйду замуж, рожу детей.

Я встала, подошла к лельдису, коснулась ладонью сгорбленной спины. Осторожно погладила, запустила пальцы в растрепанные черные вихры.

Рис отскочил так, словно обжегся каленым железом. По-прежнему быстро и до ужаса пластично. Сверкающий, полубезумный взгляд уперся в мое лицо. Я замерла, оцепенела, не понимая его реакций, эмоций. Не в силах сделать ни шагу под этим гипнозом синих глаз, похожих на два бездонных моря.

Лельдис прищурился и вновь напомнил мне хищника – опасного, свирепого, но одновременно загнанного в угол. Я инстинктивно отступила, словно боялась атаки. Рис рубанул руками по воздуху, впервые очень резко, почти как клинком. Шаг, второй – и он уже рядом. Дышит в лицо горячим паром, втягивает ноздрями мой запах, прижимает так, будто полностью подтверждает статью Диолсиса. О том, что высшие оборотни заводятся рядом с парой с пол-оборота, слабый маг писал тоже.

– Тайна, единственное, чего я совсем от тебя не хочу, так это жалости! – выпалил в лицо Рис. – Пойми же! – почти прорычал он. – Мне нужна твоя любовь, страсть. Ответ на чувства. У химер нет пары. Вы как люди, можете менять супругов как перчатки. Мы тоже можем, если не встретили единственную. Такое происходит сплошь и рядом. Я знаю десятки, сотни лельдисов, драконов, василисков, что пережили нескольких жен разных рас.

Он встряхнул меня – несильно, будто приводил в чувство. Прижал, зарылся лицом в волосы и негромко зарычал.

– Или… черт с ним… Не давай ничего. Просто оставайся рядом. Сколько сможешь. Пока я тебе не надоем.

Зубы лельдиса заскрежетали, горячие пальцы на моей талии задрожали, как от сильной лихорадки.