Химеры техномира

– На вот, подпитайся. Вам всем скоро понадобится.

Рис взял прибор, приблизился и, не говоря ни слова, вложил в мою ладонь. Я почувствовала, как сила помимо воли струится по венам, наполняет мышцы, возвращая им тонус. Упадок сил, тоску вытеснили неестественный в нашей ситуации оптимизм, вера в победу. Я приободрилась и вернула прибор Рису. Сияние его стало слабее. Лельдис сжал источник в руке, и аура его вновь наполнилась красками. Серебристый, рыжий, алый, сиреневый, синий, зеленый… Энергетика Риса быстро восстанавливалась, как и положено ауре химеры.

А вот дракон с черным ершиком, кажется, совсем не удивился. Я только теперь сообразила, что ни один из медиков так и не представился. И поняла – они не сделают этого вовсе. Секретность, куда ж деваться. Мы пришли сюда, чтобы получить обещанное. Не больше, не меньше. Информацию, имена, близкое знакомство с лучшими врачами Земли нам никто не обещал. Бриолис и так согласился под нажимом.

Слабый стон пронесся по комнате. Акустика тут оказалась прекрасной. Мелодичный, высокий мамин голос эхом отразился от стен и пола.

Я зажмурилась и оцепенела. Сердце остановилось.

Я столько раз представляла эту минуту. Проигрывала в голове с убийственной четкостью, трезвостью. Как мама откроет глаза, посмотрит, узнает, очнется…

Сердце сжалось до боли, острые когти страха вонзились в грудь.

Яркой вспышкой перед глазами пронесся кадр из прошлого.

…Мама собирает чемодан, чтобы лечь в больницу на очередную операцию. Деловито пакует свитера, теплые носки и брюки с начесом – в отделении всегда прохладно. Натыкается в шкафу на мягкий бежевый кардиган, бережно поглаживает его рукой. Мы выбирали вещицу вместе, на шопинге мамы и дочки. А потом пили черничный грог, ели пиццу, делились новостями и обсуждали планы на будущее…

Секунду мама держит свитер в руках и… решительно возвращает его в шкаф.

– А почему этот не берешь? – не выдерживаю я.

Мама поднимает карие глаза – глубокие, как озера, и ласковые, как теплые морские волны, – и произносит:

– Оставлю. Незачем ему пропитываться больницей. Еще испортится там. Если вернусь, надену в честь выздоровления. На наш маленький праздник. Если нет – наденешь на меня в последний раз.

Я замолкаю, на глаза наворачиваются слезы.