Конец сказки

Юрик понимал, везение не делают из резины на заводе, это верно, любую белую полосу рано или поздно меняет черная, весь вопрос состоит в том, когда? С другой стороны, оседлав удачу, можно проехаться верхом, как на доске по волнам.

Он хотел надеяться, что так и будет.

* * *

В продолжение следующих десяти минут Планшетов убедился, что удача начала отворачиваться от него. Пока она, правда, не развернулась кормой, но он уже лицезрел ее шершавый борт. Лиха беда – начало. Юрик не прошел и ста метров, как услыхал впереди невнятные голоса.

Какие-то люди шли навстречу, вряд ли – горноспасатели или простые туристы. Вслед за голосами вдали засверкали фонарики, Планшетов убедился, что находится на пути целого отряда вооруженных мужчин, их насчитывалось человек восемь-десять. Юрик навострил уши, и сумел уловить обрывки фраз. Ему их вполне хватило, чтобы сообразить – перед ним бандиты Витрякова, они напуганы и злы, как осы, которым сожгли гнездо.

Юрик рванул назад, думая о старом лисе, обложенном в норе фокстерьерами.

«Какого х… вам здесь надо?! – хотел крикнуть Планшетов. – Валите по домам, уроды!»

В ответ наверняка бы загремели выстрелы, так что Юрик смолчал. Через пару минут, запыхавшийся, он снова, теперь уже в третий раз очутился у панорамного окна. Ему показалось, оно зовет к себе, и еще – злобно ухмыляется при этом. Или вообще облизывается.

«Так я и знал, – пробормотал Юрик, – что придется лезть туда». – Возможно, так и было, на уровне подсознания.

Перекрестившись, как когда-то учила бабушка, а вот теперь он взял, и вспомнил, неожиданно для себя, Планшетов перебросил левую ногу через бордюр. Пошевелил ступней, нащупывая некое подобие узенького козырька, который заметил еще в прошлый раз. Проверил на прочность. Козырек вроде был ничего, довольно надежным. Только невероятно узким, таким, что Юрик вынужден был стоять на цыпочках, пятки торчали над пропастью, откуда к ним тянулась всклокоченная новорожденная горная река.

Он очутился по противоположную сторону бордюра, но, это была только половина дела, следовало как можно быстрее убраться из проема.

«Оставайся, если хочешь, – злорадно шепнул внутренний голос. – Будешь корчить из себя изображение в телевизоре, как гребаный Заяц в одной из серий «Ну, погоди». Правда, он там морочил Волку яйца в магазине, где было полно телевизоров. Здесь же телевизор – всего один».

Планшетов, ступая боком, двинулся прочь, из проема.