Будни рэкетиров или Кристина

 – заспешила Кристина, оседлав удачную мысленную волну, как серфингист крутой штормовой гребень, – Если такие проблемы, если столько денег требуется, «для начала и по самым скромным подсчетам», – тут она оскорбительно дословно скопировала слова любовника, – если так, то пожалуй, мне проще под этого самого Пузыря пойти?! Что скажешь, зайчик?

Лицо «зайчика» потемнело:

– Ты, часом, не разорилась, Правиловскую крышу оплачивая?

Как известно, бандитское прикрытие сауны было организовано Кристиной через куму Анну, и чете Бонасюков не стоило ни копейки.

– Или вы с толстым каждый раз после нас воду меняли и хлоркой кафель драили?

– Не называй Василия Васильевича толстым! – не сдержалась Кристина.

– А каким? Худым?

– Некрасиво попрекать человека его физическими недостатками, – сбавила тон Кристина. Ссориться она не собиралась. А, если и хотела (ну совсем чуточку), то полагала, что еще рано. – Просто, если так дорого обходится «отмазка», как ты говоришь, может, мне проще договориться с Пузырем? Сколько он захочет? Двести-триста долларов в месяц?

Андрей опешил, не зная, что сказать.

– Ты пойми, Андрюша, у меня нет такой большой суммы. И, где взять, неизвестно. В сауне ведь не печатные станки стоят… Понимаешь?… Если бы мы коноплю выращивали, и дурь продавали, тогда другое дело. Но, у нас люди купаются.

«Поразительное нахальство, – подумал Андрей и, собираясь с мыслями, потер переносицу.

– Наверное, я начну платить Пузырю, – сказала Кристина, подымаясь.

Андрей пожал плечами:

– Своя рука владыка, детка.

– Ты мне поможешь?

– В чем?

– Ну, договориться с Пузырем? – Кристина заломила руки. – Понимаешь? Василий Васильевич от одной подобной клички сразу в обморок свалится. Он на встречу не поедет. Я его знаю. У него гипертонический криз начнется. Или предынсультное состояние.

– Я сейчас заплачу.

– Но, не мне же ехать! – взмолилась Кристина.

– А почему бы и нет?

– Мне казалось, что я могу на тебя рассчитывать. – Кристина изобразила крайнюю степень разочарования.

– Да они меня четвертуют! – воскликнул Андрей, представив картину, в которой он шел на встречу с Пузырем после воображаемой перестрелки. «Тыже меня на погибель толкаешь…». Ему стало не по себе.

– Значит, мне самой идти?

– Ага, – Андрей угрюмо кивнул. – Иди.