Асфодель

 – Валя, похоже, причину воспаления вы всё-таки убрали! Само воспаление, насколько я понимаю, тоже должно постепенно пройти.

– Вы что, первый раз так лечите? – испугалась Анна Александровна.

– Конкретно такой артрит – да, – спокойно объяснила Огненная сестра. – Без Динары не получается, а они с Олей только в прошлом году родились.

– Вот как, значит? А раньше вы что лечили?

– Онкологию всякую, например, – Валя не хотела распространяться в подробностях.

– Что ж Ванечку-то моего не успели? – вздохнула женщина.

 – Ладно, что это я? Не знали вы про него, он сам-то до последнего не знал, что болен! Хоть бы Аришу теперь на ноги поставили…

– Мама, дай кольцо! – потребовала в этот момент Оля. – Я не буду появляться, плавда!

«Дай ей», – прошелестел, подтверждая, чей-то голос. – «Она не украшение ведь просит поиграть, а искренне хочет помочь! Она – фея».

«Кто ты?» – мысленно задала вопрос Даша, сообразив, что слышит этот голос только она сама.

«Оля».

«Та Оля?»

«Да.

И я тоже буду беречь её».

* * *

В самом начале ноября в Москве могло бы быть и потеплее, но этот день предзимья, по крайней мере, был хорошо просушенным и практически безветренным, так что для разжигания любовных костров он подходил почти идеально – даже редкие снежинки, временами нисходившие с пасмурного неба, опускались на асфальт у дворца бракосочетания уже пышными белоснежными невестами и белыми лимузинами. Белой же вороне, чтобы оправдать известное выражение, пришлось бы срочно перекрашиваться, например, в синий цвет, и подъехавший около двенадцати «Ягуар» действительно оказался напевно-синим – словно кусочек ясного неба, похищенный у владычествовавшего бога туч неким неуловимым Прометеем.

Двое мужчин и девушка в брючном костюме, вылезшие из «Ягуара», не торопясь набросили куртки и отошли в сторону – их время наступало где-то через полчаса. Один из мужчин, судя по возрасту и нервной глуповатой счастливости на лице, был женихом, и именно его девушка потянула за собой чуть дальше:

– Кит, ты готов?

– Лара, да я всегда готов! – чуть грустно улыбнулся Кит, он же Никита.

 – Обидно только, что мама так и не сменила гнев на милость – не хочет мне в жёны таджичку да и всё! Папа-то с удовольствием с нами повеселится, и Лика тоже. Кстати, куда это они с Ниной рано утром умотали, ты не в курсе?

– Отчасти в курсе, но не скажу, – заговорщически усмехнулась Лариса.