Асфодель

Но ведь ты, наоборот, даже сам начал её писать! Скрипка, кстати, уже есть – надо только отреставрировать и настроить. Если, конечно, это твоя скрипка.

– Вы выкупили мою скрипку? – Дмитрий обрадованно вскинулся, не сразу поняв, что имела в виду Алина. – А можно посмотреть?

– «Твоя» – не в смысле имущества, а в смысле магии, – улыбнулся Страж Вихрей. – Скрипка – она же как волшебная палочка, у неё должна быть взаимная любовь с музыкантом.

– Да какая теперь любовь… – парень снова скис, сообразив, что сыграет мелодию своего восстания ещё не скоро, если вообще сыграет.

 – Руки не те стали, я всё лето в земле возился.

– Но ведь ты уже восстал, правильно? Не будешь больше такой работой заниматься?

– Не буду! – яростно оскалился Дмитрий. – Пусть лучше сразу убьют, чем всю жизнь сдыхать от тоски и ещё прибыль им приносить!

– Что, всё так плохо? – грустно сникла вернувшаяся Инесса. – На Земле же вроде нет рабства?

– Есть, куда оно денется? – усмехнулся Артур.

 – Просто называется иносказательно, ибо nominibus mollire licet mala[7 - «Зло подобает приукрашивать словами» (лат.)]. «Призыв в армию», например, или, как в данном случае, «трудовое воспитание в семье». Другое дело, что рабский статус у нас не пожизненный. Димус, всё ведь упирается в деньги, так? Тебе нужно на следующий год поступить в консерваторию и продержаться до восемнадцати лет? Это не проблема.

– А жить где? – буркнул немного успокоившийся парень. – Дома не получится – опять скрипку отберут, силком в колхоз уволокут да ещё побьют за сегодняшнее.

– Здесь, конечно! Поверь, ты не первый беглец, которого мы прячем. Сергей часто ночует, ты его знаешь, девушка одна в прошлом году…

– В общем, мы предлагаем тебе всю полноту бытия, – резюмировала Алина. – Свободу, любимое дело, жильё и магию.

– И любовь… – тихо-тихо, почти без голоса, прошептала Инесса.

* * *

– Плохо, – старательно выговорила Оля. – Класное внутли. Мозно я сотлу?

– Красное? – переспросила Даша.

 – Воспаление? Олечка, ты что – видишь?

– Визу, – серьёзно подтвердила девочка.

– То есть мы с Динарой так ничего и не смогли? – огорчилась Валя. – Никакого улучшения?

– Ланьсе голело. Сясь плосто класное. Это больно?

– Нет, сейчас не болит уже, – с облегчением выдохнула Арина. – Но подвижности никакой.

– А мозно я сотлу класное?

– Да, Оля, попробуй! – Даша ободряюще погладила девочку по голове.