Конкурент. Сокрушить нельзя любить

Кирилл вдруг остановился и взял Софью за руки. Она вопросительно глянула ему в глаза.

– Сонь, слушай, – он нахмурился, потому что занервничал. – Как уже сказал, я был полным дураком, что предложил тебе тот план. И ты совершенно справедливо разорвала со мной все дела. Но это никак не решило мою задачу. Я по-прежнему должен найти заказчика. И тут вдруг подумал. Ты теперь на короткой ноге с гендиром "Лекто". Может быть посодействуешь, познакомишь с ним? По слухам, это парень обладает гораздо более гибкой… моралью, чем ты.

Софья моргнула. Казалось, что кто-то взял ее за шкирку и опустил в другую, гротескную реальность. Значит, Кирилл приехал не прощения просить. Да она не слишком-то в этом и нуждалась. А вот то, что он остался при своем мнении, со своими извращёнными взглядами на жизнь и работу, – вот это было просто отвратительным и сбивало с ног, как удар под дых. Значит, увидел в прессе все эти мерзкие статейки про их с Черновым отношения, поверил и решил использовать.

Закрыв глаза, она сделала 5 глубоких вдохов. Кирилл молчал и ждал. Подняв ресницы, Софья с грустью глянула ему в глаза. Больше всего в жизни она ненавидела разочаровываться в людях. Это было больно. Всегда.

– Нет, Кирилл, – сказала ровно.

– Да ну, – он прищурился. – В "Ленте" говорят другое.

Софья сжала кулак, чтобы ударить. Видит Бог, она хотела этого отчаянно. Но времена, когда надо было отстаивать свою честь в драке, Софья оставила в прошлом. Поэтому сделала шаг назад и ещё один. Затем развернулась, побежала вдоль тротуара к своему дому.

– Опять сбегаешь, Сонь? – Кирилл не стал предпринимать попыток догнать ее.

Софья слушала шуршание подошвы кроссовок о мягкое беговое покрытие и дышала – три вдоха, два выдоха, три вдоха, два выдоха. И успокаивалась. На самом деле, ничего не произошло. Все просто осталось таким, каким было до этого. И Кирилл, и обстоятельства, и проклятый Чернов.

Утром в понедельник Софья пришла на работу пораньше – чтобы в тишине морально подготовиться к разговору с командой.