Родная кровь

Похоже было, что и ему простая, понятная ситуация нравится больше притворной вежливости. Вот есть их взаимная неприязнь – и возможность выяснить отношения хотя бы на словах. По-мужски. И больше ничего не надо.

– Допускаю, что так, – сказал он и даже ухмыльнулся. – И спорить не буду. Меня интересует кое-что другое: лучезарная принцесса действительно приезжала сюда только затем, чтоб сказать тебе, мол, выгребай сам? Или ты принципиально не просишь помощи Верхнего мира? Считаешь, будто способен весь Тусклый мир на одном пальце провернуть? А за чей счёт планируешь геройствовать?

– Напоказ беспокоишься о себе.

А разве это не долг поборника – биться с бестиями? Большего мне от тебя и не нужно.

– Я поборник, но не самоубийца. Говорю же – если есть возможность получить подмогу из Верхнего мира, этим надо пользоваться. Почему ты не ведёшь с ними переговоры об этом, ведь их помощь была условием нашей верности Лучезарному? Если у кого-то и есть возможность договориться с Престолом, то у тебя.

– Нет такой возможности.

– Почему же?

– Ты крутился при остреборхском дворе и не слышал ничего о спорах, которые разгорелись в Верхнем мире между принцами? Нам сейчас никто не поможет, придётся пока обходиться своими силами.

Годтвер красиво искривил губы. Чувствовалось, что он – человек твёрдый и решительный, бескомпромиссный, знающий, что такое настоящая власть, умеющий надавить, когда потребуется.

– А может быть, твои связи с королевской семьёй не так уж и прочны.

Как мне помнится, разговор с принцессой был напряжённым.

– Я не сомневался, что ты очень мало понимаешь в делах королевской семьи.

Роннар знал, что в этом вопросе его уверенный вид и апломб решат всё – как собеседник смог бы проверить его слова? Он будет смотреть только на принца и по его реакциям сделает выводы. Так вот нужно, чтоб реакции были правильные, и выводы, соответственно, тоже. У Годтвера здесь не было друзей, его мнение мало кого волновало, но всё-таки он поборник, и, по мнению обывателей, понимает в бестиях больше, чем кто-либо.

Если он поднимет панику, ему поверят. Конечно, заставить остреборхца биться до последней капли крови принц не в состоянии, но он собирался выжать из полезного и вместе с тем опасного собрата всё, что только сумеет.

Группу собрали большую, хотя на носу была зима с её холодами и трудностями, а дальше – весна и полевые работы. А ведь кампания могла сильно затянуться.