Человек в шляпе и призраки прошлого

Я нагнулся к девушке и ощупал висок и затылок.

– Она ранена?

– Нет, это кровь Фитца…

Линда тихо застонала и попыталась открыть глаза.

– Ты мог промахнуться и задеть её, – проворчал Шальгин в адрес незнакомца, попутно выворачивая карманы трупа.

– Я похож на человека, который может промахнуться? – пробасил тот.

– Каждый может промахнуться… даже я, – Шальгин недовольно поднялся, – у этого негодяя, похоже, ничего с собой нет. Никаких документов. Мы опять потеряли нить…

– Мне нужна вода и платок, – сказал я, – она не может идти в таком виде…

– Куда идти? – не слишком отчётливо пробормотала Линда.

– Куда угодно, только подальше отсюда. Не думаю, что мы сможем вразумительно объяснить полиции, что здесь случилось.

Глава четвёртая

Линда выбралась из ванной и теперь старательно вытирала голову вафельным полотенцем.

– «Ей повезло, что у неё короткая стрижка», – подумал я, – «у этого громилы просто гаубица какая-то, бедняга Фитц…»

Я перевёл взгляд на сидевшего в углу нашей гостиной незнакомца.

Кожаные подтяжки охватывали массивные плечи, а на мускулистых загорелых предплечьях, видневшихся из-под закатанных рукавов, белели старые шрамы. Перебитый нос и рассечённый когда-то давно лоб шарма ему тоже не добавляли. От нечего делать незнакомец старательно протирал фланелькой тяжёлый револьвер.

– Сорок второй калибр? – спросил я.

– Он самый. Финк и Мейсон. Добротный и надёжный ствол. Не люблю новомодные пукалки…

– Кстати, я всё как-то забываю вас представить, – заметил Викентий, – Удо Крандт – прошу любить и жаловать.

Громила перекинул револьвер в левую руку и приложил указательный палец правой ко лбу.

Линда осмотрела полотенце, и отложила его в сторону.

– Итак?

Мы переглянулись.

– Откроем карты, – сказал я, – как минимум трое из присутствующих желают разыскать Эрику, а вот насчёт минхеера Крандта я не уверен…

– Я просто зарабатываю деньги, – сообщил тот.

– Удо – вольный стрелок, – усмехнулся Викентий, – во всех смыслах.

– Вы – убийца? – воскликнула Линда.

– Мне всё равно как называться, я просто делаю свою работу и получаю за это деньги…

– Это… это… вы страшный человек, господин Крандт. Неужели у вас нет желания заниматься чем-то другим? – похоже, девушка была поражена всерьёз.

– Мои предки всегда жили охотой – на оленей, бобров, енотов… Только зверей с годами становилось всё меньше, а людей всё больше. Я сменил добычу. Охотиться на людей нынче прибыльнее.