Бог альпинизма

Но думал: если уж мне выпадет пролить кровь, то – лицом к лицу! Глаза в глаза и когда или я его или он меня и другого выхода нет!

Меня или – хуже того – МОИХ. Вот этим бы действительно мог вдохновиться на убийство такой, как я. ТОЛЬКО этим. Потому что ведь если кто-то… моих… я кончу его в это самое же мгновенье и глазом, что называется, не моргну!

Так именно я о себе полагал всегда. В смысле, что ни при котором другом раскладе у меня рука не поднимется прервать жизнь.

И вот как получилось на деле…

Впрочем, такое и вообще нередко подкидывает судьба.

Ты знаешь, как случилось на деле, из материалов моего Дела №… и решения по нему суда. Причем сознаться именно в этом КАК мне было трудней всего! Не просто произнести «я убил», а притом признать: я сделал это расчетливо, исподтишка, подло. Заранее спланировав удар и прикидывая различные варианты…

И все же я сумел произнести признание и в таком.

Хотя, как я уже и сказал, – не ВСЮ. Да, я не приукрашивал ничего, но при этом… я кое о чем умалчивал.

О наиболее важном. Поскольку, так поступая, приобретал единственный шанс поверить, что мне поверят. Потом – когда сообщу ВСЮ правду.

Итак, я делаю это сообщение вот сейчас, когда пишу эти строки. Моя надежда лишь на тебя, кто читает их.

Надежда. Что мне поверят. Мое единственное утешение перед смертью.

Вот ради чего я терпел ту пытку во время заседаний суда: не просто лишь осуждающие – гадливые, презрительные на меня взгляды со стороны присутствовавших. Желчь коих разбавляло только недоумение: ПОЧЕМУ? чего ты ради так сделал? какие ж основания это надо было тебе иметь, чтобы поступить столь подло?!

Они-то у меня как раз были. Ого, какие серьезные основания!..

Да только я про них говорить отказывался тогда жестко, тупо и наотрез.

Тем резче, чем упорней меня расспрашивали что обвинение, что защита.

А уж вездесущих представителей средств массовой информации – просто посылал, когда при моем появлении они начинали прямо-таки скандировать сей вопрос.

Ты думаешь, и для чего ж это я так запирался? Ответ простой. Иначе бы законники немедленно порешили: он хочет проканать как больной на голову.