Ведунья. И сказание об Алеке Скитальце

Мысли одна за другой вспыхивали в его сознании, как отсветы от магических заклинаний.

Страннику Моряк верил, как себе. Человек такой силы и смелости не мог не вызывать доверия. Но если верить его словам, то всё, чем жил Моряк последние шесть месяцев, было поставлено под сомнение.

Моряк свято верил в Совет, в это собрание справедливых и мудрых людей, призванных защищать остатки земного населения. В общем, всех, кто выжил после десятилетней ядерной зимы.

Он спал и видел, как становился посвящённым и наконец узнавал причину и цель войны, которая велась на протяжении всей сознательной жизни Моряка.

Он вспомнил, как ребёнком любил проводить время в полном волшебства лесу – благо, тот располагался прямо за его селением. Как помогал отцу пасти многочисленный скот, доверенный им соседскими семьями. Вспомнил, как мирно и сладко было спать под звук дождя, бьющегося в оконное стекло их просторного сельского дома. Вспомнил мать – непременно в цветастом платке, – спешившую убрать с просушки бельё и тяжёлый поцелованный временем ковёр-татами, на котором они с сестрой любили понежиться на таком редком, а потому желанном солнце.

Но вскоре всё изменилось. Поселение было сожжено, дом разрушен, отец и мать угнаны повстанцами – и больше Моряк никогда их не видел. То ли они были убиты, то ли околдованы эховцами, а может, просто память услужливо вычеркнула детские лица из их постаревших сердец, но только Моряк и Заря остались выживать сами по себе.

– Моряк, мы уже совсем близко, – напряженный голос мастера отвлёк его от воспоминаний. – Мне нужно, чтобы ты не терял голову.

Странник пристально посмотрел на паренька. Моряку было всего двадцать четыре года. Худой и высокий, с коротко подстриженными волосами – таких бойцов на базе было немало. Но его глаза, вобравшие в себя долгие годы войны, были живыми и жадными до жизни. Странник неосознанно чувствовал какое-то отеческое участие к этому мальчишке. По возрасту он превосходил его только на десять лет, но десять лет жизни Странника могли считаться за тридцать в жизни простых людей.

– Слушай, я должен был раньше объяснить тебе, что да как, – сказал Странник, – но сейчас не время. – Он остановился, испытующе глядя на паренька. – Ты со мной?

Моряку показалось, что мозаика мира, специально кем-то кропотливо для него созданная, рассыпалась на глазах. Выходило, что Совет Главных лгал. Что не было никаких посвящённых.