Бумажные доспехи

Видимо, начальник архива находился где-то неподалеку, потому что минут через десять в дверях появился невысокий молодой человек.

– Добрый день, – вежливо кивнул Унро.

Морген улыбнулась через плечо, хотя Галка тут же подхватилась и протиснулась мимо. Светловолосый и хрупкий Унро вызывал у нее инстинктивную неприязнь и страх.

– Мои у вас? – спросил он, вздохнув.

Глядя в спину торопливо удаляющейся Галине, Унро печально поджал губы.

– У нас, – кивнула Морген. – Ничего серьезного, я их в процедурный отправила, у Рока глубокий порез на плече, у Тени много мелких царапин.

– Ясно, – улыбнулся Унро. – Ложная тревога. Мне-то позвонили, сказали, кровь разливается реками.

– Крови-то много было, – подтвердила Морген, – да ничего страшного. Но вы их заставьте выучить пару заклятий для таких случаев. Я в прошлый раз давала им брошюрку, как у нас студентам выдают, с простыми заклятьями для первой помощи, но эти балбесы, по-моему, выкинули ее сразу же.

Морген прошла к шкафу и вытащила из стопки методичек еще одну брошюру.

– Благодарю, – серьезно сказал Унро. – Я прослежу. Если что-то понадобится, обращайтесь, ладно?

Морген подумала, что скорее всего, к следующему разу оба бедокура будут знать все заклинания наизусть – начальства своего они побаивались.

– Хорошо, – сказала она, хотя вряд ли что ей могло понадобиться в архиве.

Надену черный костюм, решила Морген. Если налезет, конечно.

Спрятанные

– Сегодня придет Белая, – сказал Жук, хотя его никто не спрашивал.

Касьян бы треснул его, но шевелиться было больно.

Уж лучше бы молчал.

Вот если бы сегодня пришла Придурковатая – это было бы хорошо. Конечно, она и сюсюкала тоненьким голосом, и разговаривала бес знает с кем, но зато одна из всех приносила еду.

Переваренные каши и пресные овощные пюре, свежая вода и мягкий, как вата, белый хлеб. Придурковатая раздавала всем поровну, порой оделяя еще пару-тройку лишних людей, которых видела только она, но это было ничего.

Вот Бабка всегда за раз замечала только одного. Приносила конфеты – их никто не ел, уже научились, что без воды эта кислая сладость во рту просто сводит с ума.

С водой было плохо. Жук сказал, что человек никогда не умирает от голода, потому что раньше помирает от жажды. Первое время, когда еще были силы, Касьян с ним спорил – больно дурацким было утверждение, но потом перестал.