Не время умирать

Второй проблемой был Бегун, и как решать ее, Книжник не знал.

Убить нельзя помиловать.

Классический случай, когда любое решение может оказаться ошибочным. Оставив Бегуна в живых, Книжник рисковал сам превратиться в добычу и закончить жизнь с перерезанной глоткой. Избавившись от опасной обузы, рисковал не узнать ничего нового о Беспощадном и снова оказаться в его власти в тот момент, когда спасение казалось таким близким!

Выбор на самом деле был прост: убить или оставить в живых?

Бегун с утра выглядел совсем плохо – бледный, с нездоровой отечностью на лице и заплывшими, красными, как у вольфодога, глазами.

Удар в спину не прошел даром, и вождь Парка сегодня был слабо пригоден для пешего перехода. После коротких раздумий Книжник усадил Бегуна в седло, привязал кисти его рук к луке седла пластиковой стяжкой, пустил лошадь шагом, а сам размеренно зашагал рядом.

Бегун восседал на спине лошади с довольной физиономией и изредка отпускал в адрес Книжника ехидные замечания, словно проверял, насколько у того хватит терпения слушать подколы.

Со стороны могло показаться, что по Пустошам путешествует компания добрых друзей, но на самом деле Книжник не расслаблялся и тщательно следил за тем, чтобы не схлопотать ногой по затылку.

Через несколько миль Бегун устал ерничать и сменил тон.

– Куда теперь? – спросил он, оглядываясь вокруг. – Снова в Таун через Сити?

Книжник молча пожал плечами. Маршрут очевиден, что тут обсуждать?

– Мимо Мэйн-Бридж ты все равно не пройдешь.

Книжник опять не ответил. Понятно, что пока не стал лед, другой переправы не будет.

Они сошли с хайвэя, который в этом месте делал широкую петлю, и двинулись на север по лощине, пролегавшей между несколькими внушительными холмами. Так можно было срезать путь на добрых пять миль и выйти на южные окраины Сити до темноты. Приходилось внимательно глядеть под ноги: земля была изрыта гоферами еще ранней осенью, и лошадь могла запросто сломать ногу, вступив в нору.

– Угробишь кобылу, – предупредил Бегун. – Тут яма на яме! Темп сбавь.

Книжник только хмыкнул.

– Дело твое. На горбу меня понесешь.

Книжник с ухмылкой оглянулся через плечо и снова ничего не сказал. Нести Бегуна на спине он явно не собирался.

– Раньше у тебя рот не закрывался, – продолжил Бегун и тут же спросил с деланным сочувствием: – Болеешь, наверное?

– Повзрослел, – буркнул Тим в ответ, даже не повернув головы в сторону пленника.