Лучший возраст для смерти

Тим тоже забрался на лошадь и подобрал поводья.

– Зато мы с тобой приятные, – буркнул он. – Приятнее уж некуда!

– Ближе пока не подъезжаем, – скомандовала Белка, помрачнев лицом. – Обходим Сити с севера на расстоянии. Как только стемнеет, пойдем вовнутрь.

* * *

Сначала по ним ударил пулемет, а уже потом Бегун заметил всадников. Стреляли над головами, но как только пули засвистели вокруг, отряд залег в высокую траву. Можно было ползти, но от лошадей далеко не уползешь, поэтому Бегун демонстративно встал во весь рост, а вслед за ним встали Облом, Свин, а потом и остальные охотники.

Всадников было немного, десятка полтора, но с ними в одном строю двигались две легких повозки с пулеметами – ган-кары, и каждая из них стоила двух десятков бойцов.

– Фармеры, – негромко сказал Облом ему в затылок.

Но это Бегун и сам видел. Отряд приближался, охватывая охотников Парка полукольцом.

– Не стрелять, – на всякий случай предупредил Бегун остальных. Но дураков не было.

Возницы развернули ган-кары, стрелки за пулеметами взяли охотников на прицел, и только тогда из строя конных выехал всадник – темноволосый и загорелый до черноты чел с длинным хвостом волос на затылке.

Бегун облегченно вздохнул – Резаного он знал. Виделись пару раз и даже договаривались о торговле.

Вождь ткнул автомат в руки Облома и тоже шагнул вперед, показывая руки.

– Живи вечно, Резаный!

Резаный промолчал.

Рядом с ним в седле сидела герла – небольшая, темненькая и беременная. Под глазами у нее разбежались темные круги, а сами глаза…

Нехорошие у нее были глаза. Бегун обладал интуицией зверя и редко ошибался. Очень нехорошие.

– Ее здесь нет, – сказала герла сдавленным голосом.

– Что стряслось, бро? – спросил Бегун, обнажая в улыбке верхние зубы, мелкие, как у хорька. – Может, мы ищем одну и ту же тварь?

Резаный медленно повернул голову в его сторону.

– А… – протянул он.

– И ты, и ты, Резаный… – кивнул Бегун. – Мы ищем герлу, которая нарушила Закон Парка. Ее зовут Белка. Маленькая худая тварь, опасная, как болотный снейк. Рыжая сука, которую мы выгнали из племени.

Глаза у беременной вспыхнули темным кровавым светом.

– И где она, Бегун? – спросил Резаный.

– Мы думаем, что идет в Таун.

– Одна? – продолжил фармер.

– С ней еще один ублюдок, – сказал Облом за спиной Бегуна. – Книжный червь! Но он мой.