Левый берег Стикса

А значит, она должна что-то придумать, чтобы они остались в живых. Для начала пусть этот вурдалак говорит побольше. Диана чувствовала, что в изложенном им плане есть какое-то слабое место. Или ложь, сказанная специально для нее, что более вероятно. Костя позвонит не ранее трех по Европе. Час разницы. Значит, у нее в запасе еще пять часов. Достаточно, чтобы послушать и подумать. Главное – послушать.

В конце октября Диане исполнилось двадцать один. Осень стремительно неслась к своему финалу, и после неожиданно жаркого бабьего лета деревья, разом сбросив листву, одевались по утрам в белую шершавую корочку инея.

Дольше всех держался старый развесистый клен, который хорошо был виден из окна ее спальни.

Но скоро и он сдался и сник под бесконечными ноябрьскими дождями.

Под низким с мохнатыми свинцовыми тучами небом на асфальте морщились от ветра лужи, и по вечерам, в металлическом свете ртутных фонарей, примороженные улицы казались покрытыми жидкой амальгамой.

В жизни Дианы наступил период борьбы и страданий.

Она впервые столкнулась с человеком намного сильнее ее, и для нее стал открытием подавляющий эффект чужой воли – как будто бы чья-то сильная, мускулистая рука, ухватив ее за затылок, гнула к земле.

Костя никогда не навязывал своего мнения, наоборот, все, что он говорил, облекалось в мягкую, не ранящую форму. Но четкость его определений, логика и уверенность в своей правоте злили ее до зеленых кругов перед глазами. Да, рядом с ним было интересно. Он не походил на большинство тех мужчин, с кем она встречалась раньше.

Умел развеселить, был по-настоящему умен, эрудирован и по-своему привлекателен. Он не был прилизанным маменькиным сыночком; иногда в его суждениях проскакивали циничные нотки, и Диана понимала, что при определенных обстоятельствах Краснов может быть человеком очень жестким, если не жестоким.

Он проповедовал абсолютный прагматизм, хотя, как многие из проповедников, не во всем следовал собственным заповедям. Он был способен на поступки, выходящие за рамки Дианиных представлений о том, как должен вести себя Герой, но всегда, или почти всегда, четко придерживался некоторых канонов, которые сам посчитал правильными.

Когда он позвонил ей, как обещал, Диана решила, отталкиваясь от накопленного опыта, что после первой же встречи потеряет к нему всякий интерес, и, наверное, поэтому сразу же согласилась встретиться.

Мирной беседы не получилось. Диана ощетинилась, и вечер прошел в бесплодных попытках уязвить его.