Границы памяти

Думал, дай зайду, почему бы и нет?

– А ты веришь в реинкарнацию?

– Почему ты спрашиваешь? Слушай, что за тупые вопросы? После смерти мы превращаемся в куски гниющего мяса.

– В детстве ты думал по-другому.

Фредди резко обернулся.

– Кто ты такой? Что ты знаешь о моём детстве?!

– Тише, Фред, здесь люди.

– Почему?!

Марк перебил его, приставив палец к губам и кивнув в сторону органа. Ещё некоторое время оба молчали, слушая музыку.

– Я задам тебе три вопроса, но только если не будешь выстраивать блоков.

Берроу немного подумал. Глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

– Марк, Марк, – повертел он имя на языке. – Оно ведь не настоящее. Так?

– Верно, – кивнул тот. – Но здесь мне запрещено произносить моё настоящее имя.

– Здесь, в церкви? Ты – Вельзевул? Ваал? Сатана?

– Здесь, в этом Тари. Позже объясню.

– Почему я должен тебе верить?

– Потому что ты – Третий.

Фред замолчал. Если бы хотел вставить хоть одно язвительное слово, ему бы не удалось.

Детский сад. Все нормальные мальчики и девочки играют, рисуют, лепят фигурки из пластилина. И только маленький Фредди рисует на листе бумаги цветными мелками один и тот же символ, похожий на букву «Y» и уверяет воспитателей, что это – число три. Воспоминание пришло ясно, чётко, словно и витрина, и храм, и незнакомец по имени Марк были сном, а детский сад – реальностью.

– А ещё я называл это «ключ», – произнёс Берроу, разглядывая пустоту перед собой.

Марк улыбнулся, мягко и сдержанно.

– Вот теперь ты готов.

Снаружи кончился дождь. Тучи уступили тёмному вечернему небу. Звёзды были еле-еле видны, но Фред попытался разглядеть в них что-то. Пока он сам не понимал, что именно. Закурил. Голова кружилась. Он сосредоточился на ступеньках, на деревьях парка, что виднелись отсюда, на столбах, что загорались в это время суток.

– Сейчас я положу тебе руки на виски. Не сопротивляйся. Ни телом, ни разумом. Позволь мне сделать то, что я должен.

– Странно же это будет выглядеть, – Фред обратил внимание на прохожих.

– Для них это не будет выглядеть никак. Мы в тени восприятия. Посторонние на нас не обращают внимания.

Берроу зачем-то встряхнул руки. Расслабившись, он чуть запрокинул голову и закрыл глаза. Положив указательные и средние пальцы на виски Фреда, Марк опустил веки. Через минуту, он произнёс:

– Готово. Фредерик Уолтер Берроу. Ты готов отвечать на вопросы?

– Да.