Муж мой – враг мой

Тон был безукоризненно вежлив, но в голосе слышалась некая обреченность. Не явно, нет, но на самой грани восприятия, интонационно скользило «Вы же знаете, что мне плевать, зачем вы спрашиваете, мой король?» и я позволила себе пристально взглянуть на человека, которому такая вольность дозволена.

Черное и зеленое.

Цвета заставили мысленно поморщиться и медленно поднять голову.

Типичная внешность дворянина из высшей знати: светлокожий шатен, рослый и плечистый. Того типа хамелеонской наружности, который может и привлекать всеобщее внимание, и сливаться с окружающей обстановкой – не сразу узнаешь.

Вот только я-то не мимо проходящая! И герцога Вейлеронского, заклятого врага рода, а значит, и моего по наследству, узнала сразу.

Его величество улыбнулся еще шире, и в этой улыбке безошибочно читался ответ на не прозвучавший вопрос: знаю, друг мой – потому и спрашиваю!

– Вы знакомы с тэйрим Нисайем, мой друг?

Монарший вопрос звучал так же небрежно, как и все брошенные ранее реплики и внутреннее машинальное напряжение при виде вражеских расцветок меня отпустило.

– Не имел чести быть лично представленным, – равнодушно отозвался герцог, мазнув по мне невыразительным взглядом.

– Досадное упущение! – его величество неодобрительно покачал головой. – Тэйрим Нисайем, позвольте представить вам моего дорогого друга тэйра Алиссандра, герцога Вейлеронского.

Этикет позволял дамам в таких ситуациях хранить молчание, что я и сделала, ограничившись почтительным реверансом.

Герцог тоже поклонился, по-военному резковато, и мы оба с надеждой перевели взгляды на короля, как дети на гувернера в ожидании разрешения закончить занятия и отправиться гулять. Право слово, ваше величество, отпустите!

– У меня будет просьба к вам, Вейлерон. Неотложные дела требуют моего внимания, а я так и не исполнил свой долг до конца и не сопроводил прекрасную тэйрим к ее батюшке. Не будете ли вы так любезны – пригласить тэйрим на танец, а затем завершить начатое мной дело?

– Ваше слово – закон, ваше величество, – помедлив долю секунды, отозвался герцог, и мне сделалось очень тоскливо.

Ну заче-ем, ваше величество?..

Теперь голос в голове не канючил, а обреченно стонал.

Его величество ободряюще мне улыбнулся – королевский долг, дорогуша, это вам не по озерам ночами скакать – напоследок поднес мои пальцы к губам, обозначив поцелуй лишь коротким дыханием и вложил их в протянутую герцогскую ладонь.