Хроники ордена Церберов

* * *

Я мотнула головой, отгоняя воспоминания (и привязавшегося ко мне слепня), косы подскочили и снова шлепнулись на грудь.

Дорога, по которой вёл отряд Солнышко, давно отделилась от большака и нырнула в лес. Вокруг шумели кронами деревья – и никакой тебе избушки тетки наставницы…

Только тянуло знакомым моховым запахом – кажется, где-то к самому лесу подступились болота – да метался перед конской мордой слепень, словно вырвавшись из воспоминаний.

Примерившись, я сшибла мерзкую тварь простеньким “огненным плевком”.

– Танис, тебе делать нечего? – тут же возник Солнышко. – Потерпи до привала, там я найду применение твоим силам!

Вот же ж!

Вот интересно. Если цербера можно откупить у ордена за золото – почему граф-отец не растряс мошну для сына и наследника? Может, он и там всех достал?

Хмыкнув, я шевельнула ногами в стременах, и Коряжка пошел резвее, а вслед за ним послушно прибавила ход на совесть выученная вьючная.

– Камень, а Камень! – позвала я напарника.

Позади меня оживились, предвкушая очередное развлечение в скучной дороге. Впереди, наоборот, предпочли не услышать.

– Илиан!

– Чего тебе? – сдался он, поняв, что я так просто не отлипну.

– Есть вопрос! – бодро отозвалась я.

– Рад за тебя, – буркнул Камень.

Я решила, что это вполне можно считать разрешением:

– Скажи, а тебя в Логове как учили – как Клыка или как Око?

Он оглянулся, хмыкнул, приподняв бровь, “украшенную” шрамом.

Ну, он же не ждал, что я этого не узнаю, верно?

Гемос не дал Солнышку скрыть от меня эту великую тайну, хохотнул:

– Из него хотели Око вырастить, надеялись графского дитятю за спиной напарника от опасностей держать.

– Всему меня учили, – буркнул Камень, метнув выразительный взгляд в напарника Навары. – И как Око, и как Клыка.

– Скажи, может ли такое быть, чтобы Око чувствовало чужое наблюдение, а найти смотрящего не могло?

Теперь во взгляде напарника сквозило удивление.

– Наблюдение магическое?

Отряд, прислушиваясь к разговору, подтягивался ближе.

Я еще раз вспомнила вчерашние ощущения (стараясь вспоминать не все, а только магические, и надеясь, что кровь не прилила к щекам).

Наблюдал за мной, определенно, маг. Человек.

Не чудовище.

Коряжка позвенел трензелями, намекая мне, что я слишком натянула повод, и я торопливо исправилась, потрепала его по холке, извиняясь.

– Магическое.