Хроники ордена Церберов

Когда мимо шара проходит тот, в ком есть магический дар, шар начинает светиться мягким золотистым светом, и чем сильнее дар – тем больше шаров загорится.

Испытание – обойти зал по кругу и вернуться к двери, через которую вошел.

Если тот, кто ищет себе места под рукой ордена, зажжет меньше семи шаров (их еще зовут звездами) – цербером ему не быть, пусть даже других желающих на и совсем не будет.

Ордену нужны лишь сильные маги.

Клыком стать легче: и дар нужной направленности встречается чаще, и набирают их больше.

Попасть в Очи ордена Церберов сложнее – чувствительность встречается реже прямой силы, поэтому иногда особенно сильные Очи выходят в дозор с двумя Клыками, один из которых, в первую очередь, бережет чувствительного партнера.

Но беречь Око настолько, чтобы вовсе в дозор не выпускать – это уже немножко перебор.

Око без Клыка, конечно, не справится.

Но Клык-то без Ока что может делать? Мечом крапиву по обочинам дороги сшибать?

Мои умствования оборвала тяжелая дверь кабинета аргуса, распахнувшаяся во всю ширь – и стукнувшая в каменную стену.

– Хватит, Илиан! – раздраженно рыкнул аргус Эстон. – Я долго тебе потакал, но с меня довольно! Больше ты без напарника из Кремоса не выйдешь!

Хм, а хорошие здесь двери, если аргус с Камнем весь разговор так орали, а я, стоя прямо напротив двери, и словечка не слышала…

– Тогда дайте хотя бы парня, – взвыл Камень. – В бабе-напарнице хорошего – только сиськи, а у этой и сисек нет!

– Пшел вон! – рык аргуса, приправленный силой, выкатился за пределы кабинета, выталкивая оттуда и Камня, но тот наклонился вперед, уперся ногами в пол – и устоял.

А я сочла, что раз уж хозяин кабинета посетителя выгоняет, значит, моя очередь!

– Аргус Эстон, разрешите обратиться!

Вздрогнули оба. Аргус, разорвав контакт взглядов с наглым упрямым цербером, посмотрел на меня. Мой недобровольный напарник тоже оглянулся.

Я почувствовала, как мои губы против воли растягивает медленная пакостная улыбка.

* * *

В кабинете аргуса Эстона царил бардак. Письменный стол, заваленный свитками, и бесчисленный свитки же, хаотично громоздящиеся на стеллажах, полках и даже на стуле для посетителей. Не погребены под ними были только огромный шкаф, обитый листами железа, расписанный рунами и стянутый металлическими полосами, в петлях которых висели замки с жуткими звериными мордами, да низенький столик, явный артефакт неизвестного мне предназначения.