Первый Фим

С этого дня у семьи всё наладилось, их ряды стали пополняться. Охотник, которого спас Феликс, стал союзником вурдалаков, ушёл на свою землю и объединил свой народ. По крайней мере, таковы были слухи. Мартоуф вместе с ЁКом росли, учились и проказничали. Феликс целый день сидел то в библиотеке, то в своём кабинете, принимал гостей, вёл переговоры с другими вурдалаками. Серег и Максимилиан также служили Феликсу и были его советниками и лучшими друзьями.

Глава 7

Нескончаемое болото

Ребята вылезли из туннеля и оказались в очень странном месте.

– Болото? – удивлённо спросил Мишка. Они с Анькой стояли на бугорке, который в итоге оказался кустом клюквы.

– Похоже на то. Миш, посмотри по карте, мы нигде с пути не сбились? – Мишка начал рассматривать карту, а Анька – изучать местность. Позади них была марь и трясина, справа мочажина, слева топь.

– Слушай, на карте есть развилка, а когда мы шли по туннелю, её не было, – сказал Мишка.

Анька удивилась:

– А почему ты сразу об этом не сказал?

– Ну, как бы… Короче, давай просто вернёмся обратно, – Мишка решил уже вернуться в туннель, но Анька настойчиво его остановила.

– Ага, и окончательно заблудимся. Нет уж, идём через болото.

Мишке эта идея очень не понравилась.

– Ты с ума сошла, через это гиблое вонючее болото? Тут даже птицы не летают, повсюду трясина и топь. Да и ты не знаешь, куда идти, мы скорее погибнем, чем выберемся отсюда.

– Но ведь сюда ведёт туннель, раз так, значит это неспроста.

– Ну да, конечно, нас всегда тянет на какие-нибудь приключения.

– Хорош, – огорчилась Анька.

– Что? Разве не так? – Мишка сложил карту в карман и зашагал вперёд.

– Ты куда?

– Вперёд! Давай догоняй, только смотри, куда ступаешь, мы ведь ещё те горе-путешественники, – крикнул Мишка. – И почему так темно? – с удивлением сказал он себе под нос.

– Вот ты сейчас сам вперёд пошёл, – Анька крикнула ему вдогонку и пошла следом.

В стылый предутренний час ребята прыгали по мшистым кочкам. Шелестели и перешёптывались сухие камыши. Тёмно-серые тона окружали это место. Никакой зелени и в помине не было, разве что ряска в чёрных заводях. И впереди, и по обе руки простирались в тусклом свете топи и отвратительные хляби. Тяжёлые испарения пролегали над тёмными смрадными мочажинами, из которых, казалось, сейчас что-то вылезет.