Двойная тайна от мужа сестры

Ощущение, будто я вернулась в подростковые годы, когда мы так же вынужденно сидели за общим обеденным столом, желая, чтобы поскорее закончилась трапеза.

– Ты посмотри на нее, – раздраженно обращается отец к нашей матери, но ожидаемого отклика не получает, та только вытягивает губы вперед и комкает сумку.

А затем его взгляд, проходясь по кабинету, снова натыкается на меня, только смотрит он на этот раз строго. Я сижу как на иголках, прижимая руку к груди, сердце колотится на разрыв. И тут, к моему облегчению, услужливая помощница Феликса Эдуардовича приносит всем минеральной воды, отвлекая меня от тяжелых воспоминаний детства, а отца – от разглядывания моего бледного лица.

– А вы… – демонстративно тянет отец, смотря на Олега, – как там вас…

Слышу, как начинает вскипать муж, всегда взрывающийся от такого пренебрежения. Отец не считает моим мужем человека, которого самолично не одобрил.

– Нас пригласили, – быстро отвечаю, стараясь перевести мысли отца в другое русло, – дед что-то завещал мне.

Гнетущая обстановка мотает нервы, так что я с удовольствием смачиваю пересохшее горло и невольно отмечаю, что качество минеральной воды в офисе нотариуса лучше, чем у меня дома. Боже, думаю о всякой ерунде, лишь бы не смотреть на остальных членов семьи. Скорее бы назад… Домой…

– Что? – фыркает отец на мой ответ, презрительно усмехается, глядя на меня. – Старые четки для блудной внучки?

От этого выпада и язвительности тона у меня в груди колет, и я дышу чаще, пытаясь справиться с волнением.

Тот только жадно периодически пьет минералку, бросая взгляды на роскошную Милану. Скрежещу зубами, стискивая до боли кулаки. Он даже в такой важный момент умудряется позорить меня. Тут начинается какое-то движение со стороны молчавшего нотариуса, и я уже было радуюсь, что Давид не будет присутствовать на оглашении. Мало ли, где он: в командировке или на важном совещании.

– Ну, наконец-то, – выдыхает Милана, глядя мне за спину.

Судьба ко мне жестока. Только хочу выдохнуть, что одной проблемой меньше, но тут замираю от испуга, словно кролик перед удавом. Стоит мужчине зайти в кабинет, как я понимаю, что это не кто иной, как Давид Горский. Не молоденькая помощница нотариуса, не какой-то случайный посетитель, а именно мужчина из моего прошлого, которого так надеялась забыть.