Я тебе объявляю войну, девочка!

Животное не считается! – Дёргаю плечом, чтобы избавиться от веса его руки и близости тела заодно. – Ты намеренно ввёл меня в заблуждение, чтобы добиться согласия. Злобин, это уже реально за гранью. Зачем нужно было меня так пугать? Ничего я тебе не должна, аферисту.

Вадим вдруг жёстко поворачивает моё лицо и заставляет смотреть на него.

– Ты до сих пор веришь, что мне нужно твоё согласие? От тебя мне нужна только покорность.

Он произносит это таким серьёзным тоном, что я не нахожусь чем возразить. Ювелирно, конечно, напомнил, что согласие – прерогатива равных.

– Поняла? – Дёргает моё лицо чуть ближе. Практически соприкасаемся носами.

Киваю.

– Смотри, – командует он отстраняясь.

К Соне действительно со стороны ларька подходит какой-то пацан с мотоциклетным шлемом подмышкой. Он закуривает, улыбаясь ей с рассеянностью мерзавца, уверенного в своей неотразимости, а она то и дело преданно виснет на его шее, о чём-то эмоционально рассказывая и изредка восторженно указывая на путающегося в ногах щенка.

Теперь мне видно, что пёсик не из дворняжек. Это померанский шпиц, если мне не изменяет память. Подарок, понимаю я, когда пацан уезжает, оставляя глупую Соньку грустно смотреть ему вслед.

Боже, куда нам ещё и это?

– Они весь вечер здесь прослонялись. Посмотрела? А теперь мы поедем ко мне и…

– И? – Перевожу на Вадима настороженный взгляд.

Всё равно не получается избавиться от ощущения, что он меня оставил в дураках. Соврать Злобин не соврал, но подал информацию как было выгодно ему.

– Увидишь, – обещает он и заводит машину.

Глава 9

– Вторая дверь налево по коридору, – заговаривает Вадим, пропуская меня в прихожую площадью в полторы моих квартиры. – Сама найдёшь или за руку отвести?

– Справлюсь.

Странное сочетание. Дом насколько роскошный, настолько же неприветливый. Есть ощущение, что даже пыль здесь витает драгоценная.

За нужной дверью находится… кровать. И всё.

Тяжёлые шторы, абстрактное скопление картин, написанных углём, ещё три одинаковые двери из цельного матового стекла и королевских размеров кровать, застеленная чёрным постельным бельём. Больше ничего. Даже банкетки нет, чтобы присесть, пока дожидаюсь Вадима.

Не знаю, что во мне ломается. За вечер я умудрилась не только потерять работу, но и связь с реальностью.