Я тебе объявляю войну, девочка!

«С высоты птичьего помёта», – острит расшатанная психика.

А потом как-то резко становится не до острот. У меня вся кровь к лицу приливает, когда он переводит взгляд на мои губы и ниже – в вырез блузки, даже сглатывает…

Я резко поднимаюсь на ноги, одёргиваю жакет и хватаю край блокнота, который мне отчего-то не спешат отдавать. Кажется, смена обещает быть адской.

– Скажу по секрету, ты слегка заблудился. Элитный ресторан тремя улицами выше.

Вадим придвигается почти вплотную, дыша свирепыми рывками.

– Я пришёл куда надо. Но не стану злоупотреблять твоим терпением, если объяснишь, каким местом ты меня вообще слушала, и почему мой брат с тобой ещё не расстался?

– Ты уже злоупотребляешь, – шиплю, дёргая на себя руку.

На лице Вадима проскальзывает непонимание, что несколькими секундами позже сменяется ещё более злым выражением, чем было раньше.

– А тебе неприятно, что я стою так близко, да?

– Конечно, ведь ты – брат моего парня.

– Слава тебе никто и никогда не станет кем-то большим.

– В конце концов, это не твоё дело. – Опускаю глаза, чтобы не обжечься о ярость его взгляда. На меня так убийственно ни разу никто не смотрел.

– Ещё как моё. Не заставляй меня показывать насколько.

Я нервно заправляю выбившуюся из пучка прядь волос за ухо. Что мне угрозы, когда я уже сама поговорить со Славиком собралась. Не получается у нас, может, не судьба? Но не в его день рождения всё же. И Вадиму удовольствия своим решением не доставлю.

– Если продолжишь меня преследовать и угрожать, то я напишу заявление, что ты меня домогаешься, – говорю ему в спину, когда он возвращается за столик. Так оно проще.

Вадим плавно оборачивается и с непередаваемой смесью интереса и вызова на лице склоняет голову набок.

Он выше меня. Крупнее. Строже. Старше. Влиятельнее… И абсолютно всё это отражается в жёсткой усмешке, идеально ровной осанке и пронизывающем насквозь взгляде.

Но что-то не позволяет мне склонить перед ним голову. С любым другим на его месте я бы не стала связываться. Властность, пропитанная абсолютной уверенностью в себе, ураганом бьёт в мозг, вызывая одно желание – отшатнуться. Но и этого я тоже не делаю.

Его усмешка становится шире, злее, ещё более хищной. Вадим словно мысли мои читает и каждую эмоцию видит насквозь. По крайней мере, он именно такое ощущение вызывает. А ещё обостряет во мне все органы чувств.