Завет Нового Времени. Книга первая. Город двух лун

 – Тебе лучше покинуть мой шатёр!

Она проводила торговку длинным взглядом, обещавшим той неприятности.

– А что я? – говорила та, пятясь к выходу – Я лишь повторяю то, что люди болтают.

– Тебе лучше попридержать свой длинный язык, а то, не ровен час, люди будут говорить, что пропала Хава, и что нет в городе больше пряностей.

С наигранным криком ужаса выскочила из шатра Хава, а у Зары подкосились ноги и она села на ковёр. Чтобы успокоиться, она принялась разглаживать юбку.

– Это из-за меня она себя так вела, – сказала Ребекка.

– Как? – удивилась Зара, перейдя на тон заговорщика. – Ты была в пещерах? Но ведь это запрещено. Там ведь стража.

– Ну и что? Я уговорила дедушку взять меня в пещеры. Мы отправились туда на закате. На мне был тяжёлый плащ послушника с накидкой. Пока ослы довезли нас до места, было уже темно. И всё равно дедушка не разрешил мне снимать накидку. Он боялся, что меня кто-кто увидит и узнает. Так и вышло.

– Вас кто-то видел?

– Выходит так.

– Твой дедушка очень смелый человек.

– Знаешь, порой мне кажется, что он стесняется того, что я не мальчик.

– Это не так, – улыбнулась Зара. – Он очень тебя любит. Иначе, не посмел бы нарушить закон.

– Да! – тряхнула смоляной волной густых волос девушка. – Он меня любит.

– Там, в пещерах, ты и познакомилась с Анзором?

– Да.

– И он угощал вас козьим молоком?

– О! Он угощал всем, что ему щедро давал Господь в его промысле.

– Как это?

– Мы разговаривали на языке жестов.

– Ты умеешь говорить на языке жестов?

– Да, умею, – рассмеялась Ребекка, – это так просто! А над нами было прекрасное небо и звёзды, звёзды, звёзды.

И, когда они быстрее стрижа проносились и стремительно гасли, сердце замирало и ныло беспокойством. Иногда казалось, что звезда может упасть прямо на нас, как сказано в писании.

– Ты знаешь писания?

– Дедушка иногда занимается со мной, давая учить наизусть большие отрывки. Иногда я помогаю ему в зале писцов.

– Да? И что ты там делаешь?

Ребекка поняла, что проговорилась.

– Прошу тебя, – взмолилась она, – об этом никто не должен знать.

– Обещаю, я никому не скажу.

– Я диктую писцам заученные отрывки писаний. Дедушка уже старый, приходится его подменять.