Русский

Я многого от нее ожидал. Что изобразит пацанку в кедах за лимон и с сигаретой в зубах, избалованную фифу, но, пожалуй, никак не мог предположить того, что увижу на самом деле.

Длинные, практически бесконечные ноги вообще не прикрытые настолько короткой юбочкой, что кажется, протяни руку и окажешься в самом горячем месте на ее сексуальном теле. Маленькая, нежная грудь, необременённая тяжестью поролонового лифчика, маняще колышется, слегка подпрыгивает, приподнимая и натягивая тонкую белую маечку при каждом ее новом шаге ко мне.

Длинные светлые волосы развиваются на ветру, влажные голубые глаза гордо, вызывающе смотрят на меня, при этом розовые мягкие губки плотно сжаты так, как будто она чего-то очень хочет, но боится это показать.

– Андрей Соколов? – наконец, ее губки разжались и выпустили на волю чудесный, волнующий слух девичий голосок. Он не был тонким, наоборот, чуть по-женски низким, распаляюще-волнительным, задевающим самые важные струнки мужского сознания.

– Л-лена?

От волнения проснулось мое чертово заикание. Получил его в подарок в этом же году на одной из первых вылазок с группой ОМОНА. Длинная история, мы охраняли вход на одно мероприятие. Я многое повидал в своей жизни, но взрыв смертницы с маленьким ребенком на руках в нескольких метрах от себя видел впервые. Вместе с этим взрывом ко мне пришло заикание. Оно не проявляется все время, лишь в те моменты, когда волнуюсь или… возбужден.

По-моему, я забыл, зачем сюда приехал.

Девушка замерла на мгновение, словно милосердно позволяя себя рассмотреть, окинула оценивающим взглядом огромных небесных глаз своего сводного брата, заставив при этом меня нервничать и переступить с ноги на ногу, и, внезапно, бросилась ко мне на шею! Каким-то образом те самые аппетитные губки прижались с поцелуем к моим губам!!!

Не сразу сообразив, что происходит, все-таки мгновение спустя отреагировал, схватив ее за тоненькую талию, попутно случайно зацепив маленький набухший сосок большим пальцем, и резко отодвинул сестренку от себя.

– Привет, братик! – после поцелуя ее глаза стали, как и губы, на которых теперь осталась моя слюна, настолько эротично влажными, что простое слово «братик» до боли резануло мой слух.