Жены призраков

Портье оскалился еще ослепительнее:

– Этого не может быть. В книге постояльцев отеля записано, что за вами забронировано место в двадцать четвертом. Можете спокойно подниматься к себе, госпожа Виктория.

Его улыбка застыла, как на стоп-кадре: разговор окончен. Вика еще пыталась сдерживаться; получалось все хуже и хуже:

– Подниматься? И что – драться с ней?! Эта… эта… она мне чуть глаза не выцарапала! – Вика судорожно перевела дыхание и сглотнула слезу. – Извините.

Портье нагнулся и протянул ей носовой платок.

Повторил, будто заведенный вежливый болванчик:

– Этого не может быть.

– По-вашему, я вру?!!

От платка разило резкими, ядовитыми духами; на волю прорвались жгучие потоки слез. Если б не этот чертов платок, ни за что бы не позволила себе… Она шмыгала носом, словно девчонка, и никак не могла остановиться. Глупо, стыдно…

– Ну его на фиг. Пошли отсюда.

Вика подняла голову и несколько раз сморгнула. Размытый силуэт сфокусировался в знакомую женскую фигуру. Заспанная, все в том же махровом халате.

Рыжий парик, нечесаный и чуть съехавший набок, на удивление удачно притворялся своими волосами. Она держала за ручки Викину спортивную сумку; лямка волочилась по паркету.

– Ни хрена ты не докажешь, – сказала женщина. – Натаха ему отстегивает за койку. Пошли в бар, побазарим.

– Подождите, – Вика скомкала платок и бросила его на стойку. Провела кулаком по глазам, размазывая тушь. – Мне предлагали отдельный номер-люкс. Я согласна.

– Вам следовало заявить об этом при поселении, госпожа Марченко.

Мы не переоформляем постояльцев с трехдневной визой. Сожалею, но таковы правила.

Она сцепила зубы, – но профессиональная ухмылка портье все равно поплыла перед глазами. Истерика, форменная истерика… Возьми себя в руки, черт возьми! Ничего особенного не… Безобразная сцена пятнадцатиминутной давности вломилась в сознание, и от потока отборного мата снова заложило уши.

– Я хочу видеть администратора… или хозяина гостиницы… кто тут у вас главный? – голос сорвался беспомощным детским всхлипом.

– Сожалею, госпожа, но это не входит в мои полномочия.

«Рыжая» тронула ее за плечо:

– Дохлый номер. «Ихние» все повязаны… Пошли, а?

Вика обернулась к ней и машинально протянула руку за сумкой.

* * *

Кофе был горячий и горький. Вику всегда успокаивал кофе – а спиртное как раз наоборот. Поэтому коньяк ее соседка – бывшая соседка? – потягивала одна. И, кажется, была не прочь прикончить всю бутылку.

– Наташка – нелегалка.