Помню

Он посмотрел на Питера: тот сидел, уперевшись локтями в колени и обхватив голову руками.

Джон услышал стон. Нет, это был не сон – реальность обрушилась на него с новой силой, он сидел в оцепенении. Казалось, что он не сможет подняться из этого кресла – он смотрел на свои руки, лежащие на подлокотниках, как на чужие. Как будто издалека Джон услышал голос Рамзи:

– Лорд Харткейвуд, я прошу вас незамедлительно отправиться домой. Я только что вернулся из далекой поездки, и вернулся не один. Я оставил вашу подопечную и людей, сопровождающих ее, у вас дома.

Я прошу вас пойти и позаботиться о них, – он помолчал немного, – мне нужно поехать к себе, немного поспать и привести себя в порядок, а завтра я заеду к вам к двум часам, и мы обо всем поговорим. Я привезу все бумаги. Прошу вас поторопиться.

– Я понял вас, Рамзи, – это сказал Джон, но свой голос он слышал как будто со стороны. – Я понял вас, увидимся завтра.

Рамзи кивнул, поднялся и тяжелой походкой направился к выходу, но потом, вспомнив что-то, остановился: – Харткейвуд, помимо няни, я привез двух слуг мистера Амстриджа.

У меня к вам просьба: не прогоняйте их. Если вы не найдете для них места у себя, я лично займусь их обустройством, – затем он развернулся и вышел.

Они не разговаривали, пока ехали из клуба. Питер вообще не произнес ни слова с тех пор, как лорд Рамзи сообщил страшную новость. Он был бледен и неподвижен. Так же молча они вышли из кареты и направились к дому. Едва они подошли к двери, как та распахнулась; дворецкий Джобс, видимо, сидел возле нее, поджидая хозяина.

Вид у него был какой-то растрепанный и растерянный:

– Милорд, как хорошо, что вы приехали, – начал он тараторить, – их привезли среди ночи, они такие грязные, если бы я позволил им сесть, то обивку стульев пришлось бы менять. Я говорил тому джентльмену, чтобы он не оставлял их здесь, но он меня не слушал. – Джон смотрел на него и никак не мог понять, о чем тот говорит ему, Джобс же продолжал тараторить: – Я сказал ему, где вы, думал, что они сразу уедут, но…

– Молчать! – рявкнул граф прямо в лицо дворецкому.

Тот от неожиданности чуть не упал, но моментально закрыл рот. – Где они? – снова грозно спросил Джон.

– Он-н-н-ни там, – заикаясь, промямлил дворецкий и показал рукой на дверь в гостиную.

Широкими тяжелыми шагами граф пересек холл и толкнул дверь в гостиную. Та с шумом распахнулась.

2

Комнату, в которой им велели ждать, можно было назвать золотой гостиной.